Скотт нахмурился. Затем он осторожно шагнул вперед, к краю тропы и десятифутовому обрыву.

Он заглянул за край.

И увидел троих черных кошек, взбирающихся при помощи когтей по каменной стене под ним.

Скотт быстро поднял свою винтовку, но в этот самый момент огромная черкая тень выскользнула из расщелины за спиной солдата и столкнула его с края тропы прямо в воду, где целая туча черных теней в ту же секунду подплыла к нему.

* * *

Рейс ошеломленно смотрел на монитор, наблюдая за ужасающей сценой словно глазами Скотта. Он видел только клацанье острых как бритва зубов и отчаянные взмахи человеческих рук. Всхлипывания и тщетные крики Скотта заглушали все остальные звуки.

Не прошло и минуты, как камера ушла под воду, изображение исчезло, и воцарилась тишина.

* * *

В кратере оглушительная автоматная очередь нарушила неестественную тишину, когда немецкий солдат Граф нажал на курок М-16.

Но не успела искра выстрела показаться в дуле винтовки, как — шмяк! — на Графа прыгнула кошка, притаившаяся на скале над ним.

Ниже на тропинке Чаки Уилсон резко обернулся и увидел, как Граф сцепился с кошкой, увидел, как немецкий десантник дерется не на жизнь, а на смерть.

И вдруг — хррррррусть! — кошка выдернула горло из шеи Графа, и его тело тут же обвисло.

Уилсон побелел.

— О, черт.

В этот момент кошка, нависающая над телом Графа, подняла взгляд и уставилась на него.

Уилсон замер. Огромное животное многозначительно двинулось вперед, перешагнув через неподвижное тело Графа, к нему.

Уилсон обернулся.

И увидел еще одну массивную черную кошку на тропинке позади него, отрезавшую ему все пути к отступлению.

Бежать было некуда.

Спрятаться было негде.

Уилсон опять повернулся и увидел расщелины и щели в каменной стене и на секунду подумал, что в них его спасение. Он заглянул в одну из щелей и столкнулся взглядом с будто бы ухмыляющейся кошкой.

И вдруг с ужасающей быстротой челюсти огромного животного накинулись на него, и через мгновение уже ничего не было.

* * *

Все молча смотрели на монитор.

— О, Боже... — у Габи Лопес перехватило дыхание.

— Дерьмо, — сказала Лорен.

Оставшиеся четверо десантников просто пристально смотрели на монитор, лишенные дара речи.

Рейс повернулся к немецкому зоологу, Крауссу:

— Они выходят только ночью, верно?

— Ну, — начал Краусс, ощетинившись. — Очевидно, темнота у подножия кратера позволяет им проводить почти весь день там...

— Кеннеди, — резко позвал Нэш, — что там с отрядом спасения?

— Я все еще пытаюсь связаться с Панамой, сэр, — откликнулся Дуги из-за радиоустановки. — Сигнал срывается.

— Продолжай попытки, — Нэш взглянул на часы.

Было 11:30 утра.

— Черт, — выругался он.

Он недоумевал, что же случилось с Романо и его отрядом. Последняя информация от них поступила вчера вечером в 19:45, когда они отправлялись из Куско. Они уже должны были быть здесь. Что с ними случилось? Может, их сбили нацисты? Или они не смогли разобраться в указателях и безнадежно заблудились?

Как бы то ни было, если они были еще живы, они рано или поздно найдут деревню.

Что означает, что к Вилкафору сейчас направляются две враждебные друг другу группы.

— Дерьмо, — снова не выдержал он.

Дуги подошел к нему.

— Отряд спасения вылетел из Панамы час назад — три вертолета: два «Команча», и один «Блэк Хок». Они рассчитывают оказаться здесь к вечеру, примерно к 17:00. Я дал УВЧ сигнал, чтобы они смогли навестись на него и вытащить нас отсюда.

Пока Дуги докладывал новости Нэшу, странная мысль мелькнула в голове у Рейса: «Почему армия не могла послать за ними из Куско? Почему они послали вертолеты из Панамы?»

Ведь самый простой путь отсюда — это вернуться то же дорогой, какой они попали сюда.