Вскоре грифоны Диких Сапсанов поднялись в воздух. Аэрлига немного разгрузили, на время пересадив его пассажиров на других грифонов. Ира глядела вниз, на волны Неспящего моря, за которым ее ждала Абхикарра, страна, где она наконец перестанет убегать от сильных. Хранительница собиралась стать достаточно сильной, чтобы убегать пришлось от нее.

Нилайх, Синий Домен Девятимечья

Аурлидар, Зор-Даран

  Городом Зор-Даран могли назвать только орки. Для людей, привычных к огромным скоплениям народа, шумным базарам, тысячам домов в несколько этажей орочье поселение казалось деревней. В принципе, именно ею оно и являлось: сотня деревянных домов, причал, постоялый двор - вот и весь город. Но для орков, всю жизнь проводящих в путешествии по бескрайней степи, и такое селение казалось отнюдь не маленьким.

  Орочий город построили совсем недавно - многие крытые соломой крыши еще не успели потерять изначального желтого цвета. Зор-Даран возник стихийно, под влиянием обстоятельств - люди стали приплывать на континент орков для торговли. Неизвестно, откуда ушлый народ узнал о 'полуночницах', но вскоре после их появления у побережья Даранского моря показались белые паруса первого брига. Не прошло и десяти лет, как люди стали частыми гостями: на орочьем континенте сколачивали состояния, и нужно для этого совсем немного - пересечь Ларский океан с грузом дрянного оружия и утвари, и обменять их на магические кристаллы и вытяжку из желез степных ящеров. А дома их уже ждали купцы, готовые отваливать за привезенные товары огромные суммы...

  Кораблям требовалось пристанище, а оркам, прибывавшим на торговлю - место для обоза. Так и получилось, что сначала здесь стояли склады, потом появились дома для охранников, постоялый двор. Город потихоньку рос, сосредотачиваясь вокруг порта. Ну, если единственный дощатый причал можно так назвать. Впрочем, торговля "полуночницами" начинала набирать обороты, их на Аурлидаре появлялось все больше, и в Зор-Даране уже начали постройку второго причала и дока для ремонта судов - путь через Ларский океан далеко не всегда прост и безопасен, многие приходили с поломками разной степени тяжести. В городе росли мальчишки, что не раз помогали людям в мелком ремонте, а кто даже и выходил с гостями в море, постепенно перенимая у людей любовь к бескрайним водным просторам. Начинали развиваться ремесла, на околицах звонко стучали закупленные у приезжих топоры, обстругивая заготовленные для домов бревна, первые из построенных самостоятельно лодок выходили на рыбный лов, под вечер возвращаясь заполненными чуть ли не до краев - рыба в морях Аурлидара водилась в изобилии.

  Торговля с людьми оркам послужила возможностью двигаться вперед. Тысячи лет степняки, ведомые консервативной политикой вождей: 'Так жили наши предки, а что хорошо для них - хорошо и для нас', не развивались, оставаясь на одном и том же уровне развития всю жизнь. В памяти Эррандиала хранилось воспоминание, как однажды ему уже пришлось вернуться на Нилайх для борьбы с Тираном, и... проснуться в теле орка. Без возможности добраться до Аурливана, без возможности что-то изменить... Он так и не сумел вырваться с орочьих степей и вскоре погиб во время обычной пограничной стычки двух племен.

  Однако теперь у орков появился шанс. Шанс на развитие - те, кто не мог жить в закостенелом обществе могли найти пристанище здесь, в Зор-Даране; научиться ремеслам и искусствам у людей, некоторые орки шли даже на то, чтобы купить себе проезд на Аурливан и через несколько лет вернуться назад с настоящей профессией и знанием жизни и быта людей.

  Дарр с братом въехали в город вечером, когда Зеос уже погружался в мягко светившиеся зеленым воды Даранского моря. Дорожная пыль поднималась в воздух, игриво танцевала в косых лучах, набивалась в нос и глотку. Они споро прошли через городок, жадно осматривась вокруг, и, наконец, вышли к берегу моря. Несмотря на то, что Дарр впервые в жизни видел море, он сразу ощутил особую сопричастность; память Эррандиала рассказывала о множестве морей и океанов.