Дарр остановился. Он ощущал себя там, где не был уже очень давно, и где ему никогда более не суждено побывать. Орк почувствовал себя в тесном кольце материнских рук, несущих тепло и ласку; отец стоял рядом, и Дарр находился под надежной защитой, оберегающей его от любых невзгод внешнего мира. И этот мир, что остался снаружи... там все неправильное. Оно наносное, лишнее, чужое, и оно осталось там, за пределами этого места, внезапно ставшего самым родным на свете.

  Дарр растворился в этом ощущении; последние барьеры оказались сняты, и орк внезапно ощутил величественное дерево целиком - от самого глубокого корня до последнего листочка, возвышавшегося над окружающим лесом. Могучий мэллорн дрогнул до самого основания, он зашумел листьями и слился с Дарром. Орк закричал. Не от боли, но от пронзающего его потока энергии, что нес с собой много большее, чем просто магическую силу - он нес осознание. Осознание себя.

  Тело орка стремительно изменялось. Он стал ниже ростом, гораздо уже в плечах и бедрах, потерял большую часть веса. Длинная, перевитая красной нитью коса расплелась, укоротилась до плеч; на остальной части тщательно выбритой головы вырастали волосы, сравниваясь в длине с остальными; цвет волос изменился на соломенно-желтый. Глаза посветлели, из темно-карих, почти черных, превратились в светло-голубые. Массивные черты лица смягчились, приобрели изящество.

  Энергия, текущая по жилам древнего мэллорна, изменяла Дарра, приводя к единственно верному виду, к той форме, которую помнило маленькое зернышко, опущенное эльфом в землю. И могучий поток силы, проносясь сквозь орка Длинных Клыков, унес не только его тело. С каждой секундой утекали и воспоминания, ощущения Дарра, растворялись в этом океане, исчезали навсегда так же, как исчезали до того Карт, кузнец; Тарна из подгорного народа; гурр с абсолютно непроизносимым именем и множество других, павших жертвами нескончаемой вражды между Эррандиалом и Владыкой. Однако, борьба того стоила. Эррандиал был уверен, что это именно так.

  - Наконец-то! - маг открыл глаза, повращал головой со стороны в сторону, разминая сведенные судорогой мышцы. - Легче, чем ожидалось.

  Теперь потоки силы, текущие по жилам мэллорна не несли с собой боли, а, наоборот, подпитывали, заполняли жизненные резервы мага. Эррандиал довольно ухмыльнулся, ощутив ликование Воздуха - стихия ощутила возвращение аватара, взвыла в вышине буйством ветров, донося до земли лишь оттенок восторга. Но и он заставил зашуметь листву деревьев, согнул ветви, словно в поклоне перед тем, кто представлял собой единое целое со стихией ветра и облаков. Эррандиал послал дереву ощущение благодарности, родства и шагнул вперед, к выходу. И скривился, вспомнив: этот дурень притащил с собой брата. И с какого перепугу Дарр вздумал брать его с собой? Нет, опасности Сегар не представляет никакой, но все-таки неприятно первый день возвращения проводить... так. Однако, что поделать, выходить нужно все равно. Эррандиал встряхнул кистями, накапливая силу, и шагнул к выходу. Никто не должен знать, где находится это место. А тайну надежно сохранить можно только под землей.

  Сегар повзрослел. Нет, орк и раньше был взрослым - суровая жизнь кочевника не позволяет долго оставаться ребенком, но все же Сегар повзрослел. Как-то иначе, чем раньше - не вырос ростом, не поцеловал женщину... Сегар повзрослел по-настоящему. Он стал меньше доверять тому, что говорят, и больше тому, что видел и понимал сам. Орк не совсем осознал, когда именно это произошло. Быть может, когда Дарр убил ни в чем не виновного человека? Наверное, все-таки нет. Тот случай лишь подтвердил подозрения, подвел под них почву. Нет, это убийство для Сегара не стало совершенной новостью, чего-то подобного он ждал с тех пор, как увидел, что брат бьет в спину. Быть может, это пробудило подозрения? Уже ближе к истине.