– В каком направлении? – Лаура бросила на Макса встревоженный взгляд. – Следуйте за ним и ни в коем случае не теряйте из виду. Мы уже выезжаем. Если он едет к заложнице, мы схватим его на месте. Я запрошу подкрепление.

Лаура убрала телефон. Все ее тело вибрировало от возбуждения. Наконец-то они напали на след. Оставалось надеяться, что Цапке приведет их к Еве Хенгстенберг. Можно было представить ее психическое состояние. Конечно, если она еще жива…

– Едем, – скомандовала Лаура.

Они побежали обратно к машине. Макс только тронулся с места, а Лаура уже вызывала подкрепление.

Макс маневрировал в потоке машин, даже в это время еще довольно плотном. Он ругался и сигналил. То и дело приходилось притормаживать. Не замечая претензий со стороны других водителей, Макс протиснулся мимо грузовика, блокирующего две полосы. Потребовалось почти полчаса, чтобы догнать патрульную машину.

– Вот он, Цапке, впереди! – крикнула Лаура и уставилась на его машину, словно могла остановить ее взглядом. – Он едет в направлении Грюневальда.

Сердце колотилось о ребра. Рука машинально опустилась к табельному пистолету. Холод металла успокаивал. Лаура надеялась, что до применения оружия не дойдет, но ради спасения жизни Евы Хенгстенберг она готова была на крайние меры.

– Он сворачивает, – неожиданно сообщил Макс.

Цапке повернул к северу.

– Может, он едет в Шпандау или Тегелер-Форст…

– Возможно. От своего дома он может за полчаса доехать до больницы, а потом и до какого-нибудь заброшенного дома в лесу… – Макс резко сбросил скорость. – Черт. Куда он вообще едет?

Патрульная машина перед ними внезапно затормозила. Цапке снова повернул. Они медленно поехали за ним. Дома по обе стороны от дороги сменились деревьями и кустарником. Они заезжали в парк.

– Неужели он держит ее где-то здесь? – спросила Лаура.

Макс не ответил. Он остановился, как и патрульная машина впереди. Цапке вышел из машины примерно в сотне метров от них.

– За ним! – воскликнула Лаура.

Они почти одновременно выпрыгнули из машины.

– У меня хорошее предчувствие, – прошипел Макс и указал на табличку.

– «Кладбище», – прочла вслух Лаура.

В этот момент подоспело подкрепление. К ним подбежали четыре человека в камуфляже и масках.

– Это он? – спросил один из них и указал в направлении Цапке. Подозреваемый шагал к кованым воротам кладбища.

Лаура кивнула. Четверка без лишних слов рассредоточилась по местности. Это были специально обученные люди, которые каждый день отрабатывали подобные операции.

– Что у него в руке? – шепотом спросила Лаура и двинулась следом.

– Похоже, что цветы, – прошипел Макс и достал пистолет.

Цапке скрылся за воротами.

Под прикрытием тисов они подобрались к ограде. Лаура посмотрела между чугунными прутьями. Цапке двигался по главной аллее, затем повернул направо. Краем глаза Лаура следила за передвижениями спецназа. Они затаились за живой изгородью, в то время как двое патрульных заняли позиции позади них, чтобы отрезать Цапке путь к отступлению.

Милан Цапке в полном умиротворении подошел к одной из могил. Остановился перед надгробием и опустил голову.

Лаура лихорадочно соображала. Как бы ей ни хотелось посадить мерзавца, что-то здесь было не так.

– Подожди, – шепнула она Максу.

Затем отошла на несколько метров и позвонила Симону.

– Где похоронена Лена Рейманн? – спросила Лаура без лишних приветствий, хотя уже знала ответ.