Одновременно с этим Георг делает что-то вроде вихря из амины вокруг себя. И в ту же секунду в него врезается два других заклинания. Магический барьер выгибается, но чудом выдерживает. Уроды стараются прикрывать свои заклинания особенно сильными пустышками, и частенько у них это получается. Именно потому Георг и не может нормально сосредоточиться на бое — любая конструкция может оказаться как пустышкой, так и убийственным заклятьем. Ему приходится развеивать всё, что получается заметить или почувствовать.

И если всё продолжится так, как идёт, уже через пару минут у него не останется сил реагировать на каждую такую атаку, а это будет означать неминуемую смерть.

Невероятной силы взрыв, раздавшийся где-то на поверхности охранной цитадели, аккурат возле главного здания, где проходил ритуал, заставил Георга вздрогнуть. Он не мог отвлекаться на то, чтобы рассмотреть, что там сейчас происходит, но зато хорошо почувствовал. И никакого отношения к магии этот взрыв совершенно точно не имел. И странное дело, для трёх его противников произошедшее оказалось такой же неожиданностью. Рисунок их сражения на секунду сломался, замирая. Три мага были в таком же замешательстве, что и Георг. А в следующих миг он вдруг увидел появления непонятной чёрной кляксы прямо возле одного из врагов. Миг и это чёрное нечто хватает сильнейшего мага, а Георг перестаёт ощущать магию врага. Вот так просто. Словно бы его эта клякса в мгновенья съедает. Двое товарищей поглощённого мага также это почувствовали и медлить не стали, обрушив целый каскад магических ударов по новому противнику. Без толку. Клякса изгибается, разбрасывая в разные стороны ошмётки конструктов их заклятий, и рвётся к своей следующей жертве.

В какой-то момент Георг неожиданно для себя видит, как непонятная чёрная тварь пропадает, а на её месте на мгновенье появляется хорошо знакомый ему человек. Паренёк, протеже Заславских. Недавно приведённый сюда ими вместе с наследницей. Благодаря магии, архимаг хорошо видит его лицо, настолько белое, что кажется покрытым мукой. И посреди этого белого лица особенно выделяются его глаза, из которых, такое ощущение, льётся самая настоящая тьма.

Вот фигура парня находится в одном месте, секунда и он уже появляется рядом с очередным вражеским магом. Хватает мгновенья, чтобы вновь появилась огромная чёрная пелена, накрывающая Андрея и его противника. А Георг ощущает, как внутри этой кляксы взрывается какое-то невероятное по силе заклинание. Дрожь прокатывается по всему массивному телу чёрного нечто, но и только.

— Какого чёрта... — потрясённый Георг смотрит, на попытки последнего из оставшихся врагов атаковать пелену с находящимися там людьми.

Глава 39

Несколько конвертопланов на полной скорости приближались к охранной цитадели. На них сейчас находилось больше десятка сильнейших магов пояса, возглавляемых лично главами семей Мигуновых и Волковых. Первый был назначен малым советом пояса командиром операции, а второй его заместителем. Пять минут назад пришёл сигнал о том, что старательно расставленная ловушка таки захлопнулась, поймав в свои сети интересных личностей. Не только сильнейших Одержимых, но и кого-то из их ближайших союзников.

— Юрий Михайлович, мы прибываем через минуту, — обратился к Мигунову один из боевых магов группы. — Пилоты говорят, что защитники цитадели всё ещё активно сопротивляются, а помещение, где проходит ритуал не взломано.

— Хорошо, — кивнул тот своему подчинённому и повернулся к Волкову. — Не зря старший Воронов так носятся с этим Георгом. Я вот не был уверен, что один архимаг способен продержаться против Одержимых так долго.

— Скажешь тоже Юра, носятся, — ответил заместитель, стараясь перекричать гудение конвертоплана. — носились бы, держали его подальше от этой ловушки.

— Да ты брось, у Заславских там всё под контролем.