Археологи, давным-давно имевшие несчастье случайно попасть в подземный мир древних богов, горестно вздохнули. Теперь они были невольными наемниками, даже не наемниками — рабами. И получили новое задание.

В этот раз — убийство.

Убийство одной из самых важных фигур подземелий…

Но выбора у археологов не существовало. Последнее задание, лишь оно отделяло их от свободы и возвращения в мир солнца, в мир живых. И они покорились воле Танатоса.

Уже в пути они стали рассуждать о смысле последнего задания бога смерти.

— Не понимаю я, зачем Танатосу понадобилась смерть Персефоны.

Николай правил своим скакуном весьма умело. На поясе у него, как и у Александра, бренчал новый меч. За плечом — отличный лук. На седле прикреплен колчан с острыми длинными стрелами.

— Все просто, — рассудительно начал Александр. — Нам известно, что Зевс, главный среди богов, куда-то запропастился. В свете текущей тенденции превращения богов в смертных можно предположить, что Зевс утратил свою магическую суть и бессмертие и выполз на поверхность, где сейчас бомжует или занимается любой другой деятельностью, какой может заниматься обычный человек. После Зевса в подземном царстве вся полнота власти, по идее, должна перейти его жене Гере, но уж мы с тобой знаем, что эпоха матриархата канула в Лету задолго до нашего рождения. Об этом знает и Аид, владыка всей этой преисподней. Я сомневаюсь, что Аид добровольно уступит трон Гере.

— Потому во что бы то ни стало он должен вернуть Персефону, — добавил Николай.

Танатос перед отъездом археологов в Элизиум рассказал, какую клятву дал Аид богам. Так что теперь картина в уме Александра вырисовывалась довольно четкая. Картина банального дворцового переворота.

— Да, Персефона нужна ему как страховка от утери своих сил. Без них Аид — жалкий человечишка, и Гера раздавит его как клопа. Исходя из вышесказанного, можно сделать предположение, что Гера подговорила Танатоса расправиться с Персефоной, и таким образом расправиться с самим Аидом. Ни у кого не останется сомнений в том, кто должен править подземным миром, когда Аид перестанет существовать.

Николай, подумав, сказал:

— А ты не считаешь, что Танатос может вести собственную игру?

— В смысле?

— Танатос может желать того же, чего желает Гера — править подземным миром. Ведь после Аида Танатос — самая тяжелая фигура. Ему подчиняются легионы эриний, других солдат. Именно ему, а не Гере! Да, был еще Арес, который также мог претендовать на трон. Но Ареса теперь не берем в расчет — он простой человек, а не бог.

— Слушай, твоя версия имеет право на существование! — кивнул Александр, принимая доводы друга. — Вероятно, она даже более рациональна, чем моя. После ухода со сцены Аида все войска подземного царства останутся под контролем Танатоса. Гера может управлять дюжиной-другой всяких монстров, но куда ей против огромной армии? Ни один бог не имеет столько верных солдат, сколько в перспективе будет иметь Танатос. Был бы Зевс, он смог бы вмешаться, но Зевса нет.

— А мы втянуты во всю эту дурно пахнущую игру, — вздохнул Николай.

— Что поделаешь… Поскорее выполним поручения этого негра да свалим на поверхность. Я уже, если честно, соскучился по солнцу.

— Солнце, — задумчиво протянул Николай. — Я уже забыл, как оно выглядит…

Повинуясь импульсу, друзья одновременно подняли головы и посмотрели вверх. Но вверху не было неба, не было солнца.