— Мне кажется, или этот вход размером с пирамиду Хеопса?

— Тебе не кажется, — ответил Александр, задрав голову вверх.

И что понадобилось Персефоне и ее спутникам в этом страшноватом, если не сказать больше, месте?

— А титаны, видимо, и впрямь были здоровенными, — сделал вывод Николай, основываясь на размерах входа в пещеру.

Александр обратился к черным рыцарям:

— Печать Богов там?

Как всегда, рыцари не ответили. Но чуть пришпорили коней и не спеша поехали вперед. В объятия голубоватого свечения подземной бездны. Чем глубже въезжали путники, тем выше становились своды пещеры, тем стремительней разбегались в стороны ее стены. Под ногами шуршала мелкая галька, покрывающая здесь все ровным одеялом.

Колоссальность пещеры привела археологов в неописуемый восторг. Николай не сдержался и присвистнул:

— Вот это да! И почему она до сих пор не обрушилась?

— Умопомрачительно! — согласился Александр.

Фобос и Деймос восторгом не искрились. Им что конюшни при дворе Танатоса, что самая огромная на планете, а то и во всей вселенной пещера — никакой разницы.

Чем дальше они ехали, тем сильнее становилось чувство давящей пустоты. В этой пещере как будто не существовало ни времени, ни расстояния, ничего вообще. Лишь видимость и того и другого.

Воистину магическое место. Магическое даже больше, чем подземный мир духов. А при воспоминании, что где-то здесь находится мифический вход в Тартар, где томятся сильнейшие боги древности, провоцировало бег мурашек по всему телу и легкое шевеление волос на голове.

Звуки таяли в пустоте, не отражаясь даже от гальки. У Николая промелькнула сумасшедшая мысль, что если сейчас направить луч самого мощного прожектора вверх, он не наткнется на свод пещеры. Свода нет. Нет стен. Вообще ничего нет, потому что отсутствует надобность в чем бы то ни было.

Но вдруг Александр привлек внимание друга:

— Кажется, там человек!

Николай сощурился, стараясь разглядеть силуэт человека в стороне, куда указывал Александр.

— Кто ж это? Еще один дурак вроде нас?

— Откуда мне знать. Давай спросим у него.

Человек стоял далеко, был виден не четко, но по мере приближения к нему Николай смог разглядеть черты внешности: темно-серый пиджак, черные джинсы, кроссовки, на плече пристегнуто нечто вроде кожаного щита. Если бы все это было чистым, незнакомец сошел бы за какого-нибудь студента-пятикурсника. Хорошо сбитое тело, четкие линии мускул не скрывает даже пиджак; короткая стрижка светлых волос, сурово-сосредоточенное лицо. Он был бы похож на Брэда Питта, если бы не большие, ненормально большие глаза насыщенного зеленого цвета, глубокие как морская пучина. Такие глаза подойдут японским анимационным героям, но совершенно дико смотрятся на живом человеке.

— Не нравится мне этот гуляка, — обеспокоился Александр, еще на подходе заметивший выпирающую под пиджаком кобуру пистолета. — Он выглядит как смертный. А если учитывать еще и нас, то слишком много смертных шастает по миру мертвых.

— Боги лезут на поверхность, а люди — под землю, — философским тоном протянул Николай.

И вот они остановили коней у незнакомца. Поразительно, но когда археологи беспокоились нечаянной встрече, этот зеленоглазый парень смотрел на них хоть и снизу вверх, но так легко и свободно, так бесстрашно и… надменно, что ли? Будто знал много чего такого, о чем археологи и не подозревали.

Игра в переглядки продолжалась с минуту. А потом Александр взял слово:

— Кто ты?

ГЛАВА 42

Хрон разглядывал всадников, так некстати встретившихся на пути. А всадники с любопытством разглядывали Хрона.