На теменосе было довольно людно. Разномастная толпа, составленная в основном духами, по воле Аида обретшими новую плоть, совершала незнакомые ритуалы. Жрецы в белых одеяниях принимали активное участие в ритуалах, подходя то к одному, то к другому человеку и касаясь его деревянными статуэтками Афины. Между строениями акрополя бродили суровые стражники, по словам Фола, принадлежащие к роду эвменид, тех же самых эриний, но мужского пола. Кроме эвменид Хрон разглядел и женщин-воинов, а Фол сказал, что это амазонки.

— Надо раздобыть тебе подходящее одеяние, — заметил кентавр. — В своем тряпье ты похож именно на смертного с поверхности. Если об этом узнает стража, нас убьют.

Подкравшись к акрополю, они взобрались по земляному валу к небольшой каменной стене, где Фолу, в отличие от Хрона, пришлось попотеть, прежде чем он перелез стену. Прячась за стенами зданий, Хрон и кентавр подгадали момент и схватили одного из эвменид. Хороший удар рукояткой меча по темени обездвижил бога-мстителя, а мощный луч Градуса вырвал его бессмертную душу.

Хрон не любил убивать. Тем более — убивать богов. Пусть эвменид и не ахти какой бог, но все же его убийство может спровоцировать огромные неприятности. Однако Хрон сейчас предпочел думать о другом. Быстро нацепив на себя доспехи эвменида и взяв его оружие — длинное копье, Хрон смело вышел из-под тени здания и направился прямиком к теменосу. Прочие стражники города ничего не заподозрили, лишь удивленно посмотрели на кентавра, шагающего рядом с эвменидом.

Уже на теменосе один из жрецов вдруг сказал:

— Что на священной земле делает это животное?

Его слова были адресованы Хрону. А животным жрец обозвал Фола.

Кентавр остался невозмутим, будто не слышал оскорбления. Хрон же высоко поднял подбородок и ответил:

— Этот воин долгие годы верой и правдой служил светлой богине Афине, охраняя ее святилище от посягательств! Он имеет полное право прийти сюда и высказать свое глубочайшее уважение и любовь к богине!

— Грязным животным не место у храма богини! — уперся жрец. По его виду стало понятно, что с минуты на минуту он кликнет стражников.

— Побойся слов своих! — продолжал импровизировать Хрон. — Богиня высоко ценит помощь, оказанную ей кентаврами! Если ты не знаешь этого, ты недостоин носить звание жреца богини!

В этот раз жрец задумался. Импровизация, как ему думалось, эвменида, то есть бога, пусть и низшего, показалась жрецу правдой. Более того, другой жрец подошел к первому и что-то грозно шепнул на ухо.

— Ладно, пусть он присутствует на празднике!

Хрон выдохнул с облегчением. Фол — тоже. До начала переклички стражников необходимо раздобыть эгиду.

Ритуалы на теменосе продолжались еще около десяти минут. Все это время на Хрона и кентавра не обращали внимания. А потом процессия двинулась к Парфенону, длинная вереница духов медленно втекала внутрь храма, где должна стоять статуя Афины. А на статуе или рядом с нею — эгида.

Хрон двинулся вслед прочим присутствующим, и одновременно с тем услышал начало переклички. Капитан стражи поочередно выкрикивал имена своих подчиненных и тут же получал отзывы. Когда дело дойдет до убитого эвменида, наступит кризис, в чем Хрон был уверен.

Фронтон навис над головой Хрона. Массивные высокие статуи давили на психику, что и требуется от них: показать, насколько могущественна власть богини.