— А кто это — Иган?

— Один из самых главных начальников. Но он добрый и не страшный. Он зовёт Веньету к себе, в Начальство, а Веньета не идёт.

— Почему? — сказал Бык и тут же понял, что знает ответ. Листья прочла его мысли и кивнула:

— Поэтому.

Аладору медленно шёл к ним навстречу. Он снова выглядел печальным и отстранённым. «О чём они говорили? — Бык попытался вспомнить, но вспомнил только последние слова. — Убивать проще, чем не убивать… А, да чтоб это Начальство рыбы съели! Капитан с утра хандрил, только-только повеселел, и опять». Бык покачал головой. В минувшей жизни у него было много командиров. Он и сам успел покомандовать — бродячей ватагой, партизанским отрядом, ополчением и под конец — снова партизанским отрядом… Было с кем сравнивать. Когда-то Бык много думал об этом. Несомненно, Аладору был отличным командиром, но особого рода. Он не был вожаком, за которым можно очертя голову поскакать на копья врага. Не был полководцем, который умело расставляет отряды и отдаёт приказания. Он напоминал короля, хорошего короля, какой думает обо всём сразу. Но он был иным. Капитан внушал не только уважение и преданность, дарил не только силу и уверенность в победе. В нём была надежда и смысл. Он вёл в будущее. Хотелось не просто исполнять его приказы; хотелось идти рядом с ним и делать его дело. Нести его знамя… Бык усмехнулся, вспомнив: у капитана Аладору нет знамени, если только не считать им чёрный флаг с черепом и костями. Но этот разбойный знак в символморях служил не знаменем, а всего лишь паролем.

Листья шагнула к Аладору и взяла его за руки.

— Вьета.

В голосе её звучала такая нежность, что сердце Быка дрогнуло. Он не ревновал Листью, нет, об этом смешно было и подумать; он только хотел когда-нибудь услышать такую же нежность в голосе женщины… Веньета мягко улыбнулся Листье.

— Ну, что же, — негромко сказал он, — пора! — выпрямился и скомандовал:

— Поднять «Весёлый Роджер»!

Над «ХроноРозой» взлетел чёрный флаг.

Спустя несколько минут Бык разглядел на горизонте Тортугу.

Глава 2

Белое облако запнулось о пологую вершину Рокадеро, да так и уселось там.

Причалы порта заканчивались многочисленными пастями. Пасти распахивались и выстреливали длиннейшие языки-траволаторы, которые легко катились над барашками волн и подходили к кораблям вплотную. Стоя на таком языке, Бык приметил в волнах две шлюпки. Кто-то от души доигрывал в морское путешествие.

Очертаниями Тортуга напоминала вулканический остров, но Рокадеро, конечно, никогда не извергалась. В незапамятной древности здесь встретились несколько могучих скитальцев, и заключили союз, и в честь союза воздвигли эти земли и воды. Говорили, что одним из них был Ллеулис, тот, что позже оставил пиратскую вольницу и ушёл работать с Высоким Начальством. Ещё говорили, что другим был весельчак Эрмундо, который и сейчас порой бродит по набережной в часы, когда спускается ночь. А имена остальных забылись; но это вовсе не значило, что остальные мертвы. Возможно, они покинули остров и море, когда союз исчерпал себя. Возможно, им наскучили игры в пиратов и они придумали и устроили новые игры. Возможно, они просто сменили имена и образы и по-прежнему развлекаются здесь. Как бы то ни было, Веретено и прочие пришли много позже, на всё готовое.

Сейчас Тортуга принадлежала нескольким пиратским союзам и служила портом для множества символкораблей. Охотники и менялы, торговцы и путешественники, картографы и программисты, странствующие бойцы и все породы бездельников встречались здесь, чтобы покутить, завести интрижку, обменяться слухами и чечасами.