Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Нед возражал: «Это же какая-то ненасытная прорва. Хищница. Чудовищная баба». Только теперь Александра поняла: насчет Вильны Нед был прав с самого начала. Едва о случившемся стало известно в округе, Вильна начала кружить над «Коттеджем», точно стервятник. И верно, подумалось Александре, Вильна даже внешне похожа на гибрид стервятника с Иваной Трамп. Если Нед, лежа на столе в морге, внезапно откроет глаза и увидит Вильну вместо Александры — вместо своей жены, похожей на гибрид фламинго с Мэрилин Монро, — ему станет очень досадно.

 

2

 

В морге Эбби и Вильна рассматривали тело Неда.

— пропела своим хриплым голосом Вильна, —

Близко к покойнику они не подходили. На улице вовсю сияло солнце, но в неказистой бетонной коробке морга стоял зверский холод. Окна в помещении отсутствовали — оно освещалось искусственным светом.

 

— Неду нравилось, как я пою, — заметила Вильна. — Правда, Эбби, у меня роскошный голос?

— Роскошный, — согласилась Эбби.

 

— После смерти он выглядит моложе, — сказала Вильна.

— Ты так думаешь? — рассеянно, из чистой вежливости переспросила Эбби.

— Определенно моложе, — повторила Вильна. Она говорила с тягучим центральноевропейским акцентом: удлиняла гласные, оглушала согласные. Казалось, что слова медленно всплывают по ее телу снизу, из недр ее искушенного лона. — А он очень красивый мужчина, правда? — сказала Вильна и коснулась его предплечья — обнаженного, могучего, мускулистого, холодного, мраморного. — Особенно сейчас, когда вот тут, под подбородком, у него все подтянулось.

— Был красивый, — сказала Эбби. — Был да сплыл. И, мне кажется, тебе не стоит его трогать.

— Эх вы, англичане, — вздохнула Вильна. — Какая зажатость. Собственные чувства к себе не подпускаете!

 

Вильна откинула простыню, прикрывавшую покойного до самого подбородка. Нед был в белой футболке и белых пижамных штанах, туго завязанных на поясе «бантиком». Вильна развязала «бантик», ослабила тесемку и вместо того, чтобы возиться с пуговицами ширинки, просто завернула тонкую материю. Обнажился небрежно зашитый шрам от вскрытия, доходящий почти до самого паха. Плотный, массивный пенис, сонно прильнувший к бедру, казался изваянным из камня. Точно всегда находился в таком положении.

 

— Всего-то сорок девять лет, — сказала Вильна, — и по этой части мастер, каких поискать. Обидно страшно.

— Было сорок девять, — поправила Эбби.

— По мне, на мертвеца он совсем не похож, — продолжала Вильна.

Совладав с врожденным отвращением, которое овладевало ею при одной мысли о прикосновении к чему-то мертвому, Эбби подтянула на Неде штаны. Завязала пояс. Прикрыла грудь покойного простыней. Должен же кто-то это сделать. Вильне волю давать нельзя.

 

Морг, где Нед был единственным на данный момент постояльцем, находился во дворе похоронного бюро. Там же стояли катафалки. Основное здание выходило фасадом на Хай-стрит в том месте, где улица резко заворачивала и тротуар донельзя сужался. В витрине стояла урна с букетом сухих цветов. Между двойными стеклами валялись дохлые мухи. На парадный вход, украшенный небольшим изящным портиком в георгианском стиле, часто указывали гостям города. Впрочем, старинная дверь открывалась туго, и большинство клиентов предпочитало пользоваться черным ходом. Да и кому хочется попадаться людям на глаза, когда идешь по таким невеселым делам? Фургон, на котором возили мертвецов — «Лайтфут и сыновья — Частная карета скорой помощи» — обычно стоял у портика, прямо на улице, создавая дополнительные помехи движению на этом опасном повороте.

Быстрый переход
Мы в Instagram