Экипаж затормозил, и Гарри вздохнул с облегчением. Не успел кучер открыть дверцу и выдвинуть лесенку, как Гарри был уже снаружи и протягивал Эмме руку. Он дошел с ней до парадного входа.

– Спокойной ночи, Эмма, – поклонился он и собрался уйти.

– Вы… – Она замялась, откашлялась и махнула шляпой в сторону двери. – Не хотите войти?

В его душе вспыхнула искорка надежды, но он быстро потушил ее, вспомнив, с кем имеет дело.

– Зачем? – спросил он напрямую. – Вы приглашаете меня к себе?

Она тут же залилась краской.

– Нет. Конечно, нет. Я просто подумала… может, немного чаю. – Она встретилась с ним взглядом. – В гостиной. Внизу.

Она хочет чаю? Он ушам своим не мог поверить.

– Чай?

Она кивнула:

– Осмелюсь сказать, нам обоим не помешает подкрепиться.

Временами он задавался вопросом: а настоящая ли она? Ему вдруг пришло в голову, что четыре месяца тому назад в нее вселился какой-то злой дух, задумавший превратить его жизнь в ад. Может, однажды летом он забыл оставить в пещерах Торки булавку, и теперь пикси преследуют его, чтобы отомстить?

– Если у вас есть виски и сифон, я, возможно, приму ваше приглашение. Бог свидетель, я бы выпил спиртного. Иначе нет. Я еду домой.

Если у него остались мозги, он поехал бы в бордель.

– У миссис Моррис наверняка найдется бутылка виски.

Гарри внимательно посмотрел на нее, и беспутная натура взяла верх. Он может быть очень настойчивым, если захочет. Поразмыслив, он решил, что у него имеется неплохой шанс подняться наверх, в ее квартиру, и заняться любовью в ее постели.

– Тогда с удовольствием, – сказал он, проходя за ней в дом.

Известная своим неуемным любопытством миссис Моррис слонялась в гостиной и не замедлила выразить несказанную радость при встрече с бывшим работодателем Эммы, щедро приправленную беспокойством по поводу неожиданного визита английского пэра. Эмме следовало предупредить ее заранее. Хотя ей, конечно же, не привыкать к благородной компании – к примеру, тетушка Эммы была ее дорогой подругой и очень уважаемой леди, женой третьего сына баронета. Чашечку чаю? Конечно, Эмма, пожалуйста, если только его сиятельство не предпочитает виски? О нет, с жаром уверяла она его сиятельство, ей не составит никакого труда приготовить чай с бутербродами. Всем известно, что джентльмены должны поддерживать силы. Она, конечно же, сама обо всем позаботится, проворковала миссис Моррис и вихрем унеслась проверять, есть ли на кухне еда, достойная виконта.

Эмма присела на кошмарный диван и начала стягивать перчатки.

– Бедная миссис Моррис! Чай с бутербродами, надо же. Да еще в столь поздний час! Уже семь вечера.

– Я голоден. – Гарри сел рядом и поцеловал ее в уголок губ. – Очень голоден.

– От вас одни беспокойства, – критически заметила Эмма, но при этом затаила дыхание, возродив в Гарри надежду.

– Это одна из привилегий пэра. Мне полагается доставлять беспокойство. – Он склонился, чтобы поцеловать ее в губы.

Эмма отодвинулась.

– Вы вроде бы хотели выпить.

Он положил руку на резную деревянную спинку.

– Я передумал. Если ваша хозяйка будет лично следить за поварихой, то задержится в кухне, и мы дольше пробудем наедине.

Эмма с тревогой оглянулась на дверь:

– Мы не одни. Сюда в любой момент могут войти. Кроме меня, здесь живут и другие люди.

– Давайте рискнем. – На этот раз ему удалось отвоевать краткий поцелуй. – Будьте безрассудны.

– Я никогда не рискую.