— Срезайте ветки, чтобы сбивать огонь! — погонял их Майкл. — Встаньте у края. — Он торопливо шел вдоль дороги, выстраивая их в линию и стараясь преодолеть собственный страх. — Поспешите, пламя угаснет, когда доберется до поваленных деревьев. Закрывайте лица рубашками. Эй, ты, не стой без дела.

У многих словно открылось второе дыхание, они стали срезать ветки и выстраиваться в линию.

Из-за света пламени были хорошо видны их лица, покрасневшие от жары и напряженной работы.

— Как вы думаете, сможем ли мы… — начал было Майкл, дойдя до Кена Бростера, но не договорил. На вопрос, который он собирался задать, не существовало ответа. Вместо того он произнес: — Мы уже потеряли три тысячи акров, но здесь мы остановим огонь.

Они невольно оглянулись на большую акацию, росшую позади них.

— Мы сдержим его здесь, — уверенно заявил Бростер, хотя в глубине души сильно сомневался в этом.

— Надеюсь, вы правы, — прошептал Майкл, а Бростер неожиданно воскликнул:

— О Боже, смотрите!

На какое-то время Майкла ослепило яростное пламя и он не мог продохнуть от дыма. Огонь бушевал вовсю. Он огромным клином продвигался вперед, оставляя островки засохших коричневых акаций.

От островка к островку по ковру из опавших и Срубленных веток, пошатываясь, брел парень.

— Какого черта… — начал Майкл.

Поначалу его трудно было узнать: рубашка разорвана, ветки в кровь исхлестали лицо. Он с трудом переставлял ноги и, не дойдя нескольких шагов до дороги, рухнул на землю.

— Это — сын хозяина? — Мбеджану приходилось перекрикивать треск пламени.

— Дирк! Это — Дирк Коуртни! — Майкл бросился вперед.

Огонь обжог лицо Майкла, но он подумал о том, что там, где лежал мальчик, было намного жарче. Пламя быстро продвигалось вперед, уничтожая все на своем пути. Людям, боровшимся с ним, приходилось ох как туго.

Майкл с трудом продирался сквозь заросли к упавшему Дирку, который из последних сил отбивался от огня. Вслед за Майклом бросился Мбеджан.

— Уходи! — крикнул зулус. — С этим можно справиться и в одиночку.

Но Майкл не ответил ему, и они продолжали бок о бок продвигаться вперед, борясь с огнем. Победителю должен был достаться Дирк.

Мбеджан первым добрался до мальчика, взял на руки и повернул обратно. Через несколько шагов он упал и с трудом поднялся, так как кусты мешали ему. Даже несмотря на свою невероятную выносливость, он дико страдал от жары. Его рот был широко открыт, лицо заливал пот, а грудь сильно вздымалась, когда он глотал горячий воздух.

Майкл бросился к ним, наперерез огненной стене. Он чувствовал, как стянуло кожу на лице и выступила влага на глазных яблоках.

— Я возьму его за ноги, — ворчливо произнес Майкл.

На рукавах его рубашки выступили коричневые пятна, словно его одежду гладили так неаккуратно, что прожгли во многих местах. Но огонь добрался и до кожи. Они пронесли Дирка несколько шагов, и на этот раз упал Майкл, потянув за собой Мбеджана. Они очень долго вставали, собрав последние силы. Когда они были на ногах, они попали в кольцо.

Огонь, охвативший молодые деревья с двух сторон, подбирался к ним все ближе.

— Нам надо выбраться, — пробормотал Майкл и, прочистив горло, поправился: — Мы должны выбраться!

И они стали пробираться через стену огня. Подняв глаза, Майкл отчетливо различил мужчин, борющихся с пожаром. Они пытались пробиться к ним. На Мбеджане была только набедренная повязка. Ни

бриджей, ни рубашки, ни ботинок, как у Майкла. Зулус двигался вперед из последних сил.

Посмотрев на Майкла, Мбеджан заметил странную вещь.