Она не успела досмотреть увлекательный сон до конца: кто-то разбудил ее, достронувшись до плеча. Откинув москитную сетку, она сначала ничего не увидела в кромешной тьме, но потом два зеленых светящихся глаза посмотрели на нее из мрака. Сандра вздохнула. Галлюцинация не оставляла ее в покое даже ночью.

– Прости, что разбудил. Но мне нужно поговорить с тобой, – прошептал мужчина, наклонившись к ней.

По спине Сандры вдруг пробежали мурашки удовольствия от его бархатистого голоса. Она чуть повела плечами, он уловил ее движение и вдруг прижался губами к ее губам.

Сандре стало так легко! Она понимала, что это всего лишь ее мираж и выдумка, но почему бы тогда не насладиться? В голове вдруг промелькнули воспоминания о пережитом удовольствии от соития с ним. И она первой обняла его за шею, притягивая к себе.

Он мягко провел губами по ее губам, а потом отстранился.

– Индейцы могут проснуться.

– Плевать, – прошептала Сандра.

– Только тихо, – сломался мужчина. Судя по его прикосновениям и прерывающемуся голосу, он сам боролся с собой.

Сандра даже засмеялась про себя. Насколько же она потеряла связь с реальностью, что готова переспать с галлюцинацией? Но изменой она этот момент не считала: это было равнозначно хорошей сексуальной фантазии. Просто в этом случае фантазия была осязаема и горяча.

Горяча в прямом смысле слова: кожа зеленоглазого оборотня пылала под ее губами. Он переместил ее в гамаке так, чтобы она оказалась в нем сидя. Она расстегнула и спустила свои штаны, пока он возился со своей одеждой. Гамак оказался чертовски удобен для занятий любовью: Сандра качалась в нем и на волнах наслаждения одновременно. Дыхание было прерывистым, он прикрыл ей рот ладонью, когда она еле слышно застонала.

– Ты сводишь меня с ума… – услышала она как будто издалека.

Ирония ситуации состояла в том, подумалось ей, что только благодаря ее безумию он и существовал. Физические ощущения были настолько яркими, что Сандра на мгновение даже усомнилась, не происходит ли все это на самом деле. Она ощущала его в себе, на себе, каждое движение его тела, то, как он крепко держал ее за бедра.

Когда он упал на нее, еле сдерживая рычание, клокотавшее в горле, Сандра вдруг заплакала от восторга. С ним она становилась совсем распущенной, легкой, свободной. И от этого удовольствие было таким ослепительно ярким, стирающим все границы и нормы.

– Но почему мы именно так встречаемся? Почему ты не хочешь поговорить со мной? Ты ведь даже имени моего не знаешь, – горько прошептал он ей. – Тебе как будто все равно.

– Мне не все равно, – лениво поглаживая его волосы, прошептала она. – Просто ты не совсем настоящий. Мне это все только чудится.

– Что? – он отпрянул от нее. Темнота снова поглотила его силуэт и только зеленые глаза светились из тьмы. – О чем это ты говоришь?

– Я не хочу тебя обижать… но ты не можешь быть реален. Ты же понимаешь? Оборотней не существует на самом деле.

– Погоди… Ты же проходила ритуал шамана? Я тебя видел у озера. Я думал, ты знаешь…

– Давай завтра поговорим об этом, – устало зевнула она. После вспышки удовольствия было так лень говорить или думать, что ее тянуло в сон. Он ничего не ответил, просто исчез во тьме, Сандра накрылась москитной сеткой и уснула.

– Сандра! – голос Росалии вырвал ее из цепких объятий сна.

Сандра открыла глаза, потянулась и нехотя встала: тело болело от вчерашнего похода и от непривычного сна в гамаке.

Лагерь уже пришел в движение.