Они находились в нескольких метрах от «Уэртас», поэтому Брэд поднялся к себе, а Майки и Грег зашагали к «Бону».

– Пиздец, – вслух подумал Грег. – Вот уж не хотел бы оказаться его врагом.

– У него действительно каску сорвало, это точно, – согласился Майки. – Я видел людей в таком состоянии. Они не понимают, что творят, пока все не кончится. Офигеть! Если это то, что работа делает с людьми, то, наверное, Лоррейн повезло.

– Нет, дружище, – возразил Грег. – Нас ждет еще много хорошего.

– Типично для таблоидов.

– В чем дело, Джейн? – спросил Том.

– Как будто двадцать пять тысяч звучит не слишком ужасно, поэтому им пришлось написать пять миллионов песет.

– А, это. Кусок говна, по-моему.

– Придушить бы того иуду, который им это продал. Полагаю, ты тоже не знаешь, откуда утечка?

– Честно говоря, Джейн, – Том подошел к кофеварке, стоявшей в углу, – я даже не уверен, что это кто-то из наших гидов проболтался. Сама знаешь, как там. Каждый видит, что каждый делает. Мог быть и гид из другой компании или кто-нибудь из барменов. Может, даже Кирсти…

– Тогда почему не сам Джейсон, если на то пошло. Ублюдок! – прервала его Джейн.

– Мы можем его преследовать в судебном порядке? – спросил Том. – Если он, конечно, вернется…

– Вряд ли. Нет, мы, конечно, можем попытаться, но нам придется иметь дело с испанским судом, что займет вечность и встанет в состояние. Есть еще проблема доказательства именно этой суммы. Ты ведь прекрасно знаешь, что далеко не все деньги от экскурсий декларируются.

– Так получается, что ему ничего за это не будет?

– Получается, что так. Том присвистнул.

– Двадцать пять штук! Интересно, куда он с ними подастся?

– Если у него осталась хоть капля разума, то подальше от Майорки, – ответила Джейн. – Где мой чай, ты, эгоист?

– О, извини. – Том встал и вернулся к кофеварке за кипятком. Он сменил тему. – И как там Натали работается с замечательной Элисон Шэнд на Ибице? Она там уже неделю, не так ли?

– Ммм… думаю, около того. Насколько мне известно, она там неплохо себя чувствует. – Джейн взяла кружку из рук Тома. – Спасибо. Тем не менее, что ты имеешь в виду, говоря «замечательная» Эдисон Шэнд? Кажется, я заметила нотку сарказма. Чем она расстроила моего малыша?

– О, вовсе ничем, – вздохнул Том. – Просто каждый раз, когда я разговариваю с ней по телефону, у меня складывается ощущение, что я ей не нравлюсь.

– Это паранойя. Что, опять по клубам тусовался в выходные, да? Снова отходняки?

– Chupame la polla! (Отсоси!), – рассмеялся Том, переключаясь на свой второй язык.

Джейн не говорила по-испански, но поняла смысл, поскольку Том часто шутливо ругался на языке своего отца. Она хохотнула и кинула в него ластиком.

– Это не только меня касается, – продолжил Том. – Она не очень-то любит и Брэда.

– Что, правда?! – подняла брови Джейн. – А вот это действительно меня удивляет. Я была очень, конечно, разочарована в Лоррейн. Думала, такая милая девочка, будет хорошо ладить со всеми. Просто еще одно доказательство того, что никогда не знаешь…

– Да, но подумай, Джейн. Марио – красавчик, а Лоррейн, как бы это помягче, не очень.

– Даже если и так, Том.