– Да уж! Будто он стоял в самом конце очереди за мозгами, поэтому ему нужно было в чем-то наверстать упущенное. Хреново, что его компенсировали в департаменте болтов. И почему Бог вместо этого не сделал его хорошим игроком в бадминтон?

Брэд сел на край столика, ободряюще улыбнулся блондинке и, скрестив на груди руки, спросил:

– Так сколько у него в целом?

– Двадцать два. Семь раз по три и одно очко за видеозапись. Ты на последнем месте, так что вытащи палец из носа и догоняй.

– Я так и хотел. Который час?

– Без пятнадцати час, – Грег бросил взгляд на часы «М & X».

– Черт, у меня только два часа до возвращения Вероники. Надо двигаться. Ты куда-нибудь идешь вечером?

– Я мутил с той телочкой с короткой стрижкой. Она должна ждать меня в «Боне», но после того, что я только что увидел, я не уверен, что буду морочиться.

Брэд удивленно на него посмотрел. Грег объяснил:

– Только что видел ее в действии. Ее зовут Летиция – целлюлит на целлулоиде, с участием Марио. Не уверен, что хочу помешать эту овсянку, потому что если она, не пискнув, приняла в себя Марио, то я там буду как хуй в ведре. Брэд засмеялся.

– Марио ее в задницу не трахал, и если что – это для меня. Заодно и лишнее очко.

В туалете Марио укладывал руками волосы, поправляя челку немного вправо, – он считал, что так будет лучше выглядеть в профиль. Он поправил значок на голубой джинсовой рубашке и прицелился в свое отражение из пистолета, пытаясь выглядеть как Малыш Билли. Ему казалось, что из него бы получился герой Дикого Запада. Он угрожающе посмотрел в зеркало и попытался перекинуть пистолет из одной руки в другую. К сожалению, он выскользнул у него из руки и, отскочив от пола, упал в мочесток. Когда Марио его оттуда выуживал, в туалет зашел Майки.

– А, мой дорогой Марио! Ищешь бычки или пытаешься найти там собственную личность?

– Это типа смешно?

– Ммм… – задумчиво промычал Майки. – Осмелюсь сказать, что в некоторых кругах это посчитали бы юмором, да.

– Думаешь, ты такой умный? Почему бы тебе просто не отвалить?

Майки подошел к стоку и расстегнул ширинку. Он посмотрел на Марио и улыбнулся, что разозлило того еще сильнее.

– Чё ты на меня все время наезжаешь? Что у тебя за проблема?

Майки закончил свое дело, застегнулся и молча прошел к раковине помыть руки.

– Так какие у тебя проблемы? Майки молча мыл руки.

– Хорошо, я скажу, какие у тебя проблемы. Это ведь то, что ты хочешь? А? Ну ладно. Твоя проблема в том, что ты офигенно высокомерный. Ты можешь играть в американский футбол лучше, чем я. Возможно, ты танцуешь лучше, чем я, но во всем остальном, кроме этого, ты мне завидуешь. Ты бы все отдал, чтобы сменить это, – сказал Марио, указывая на кожу Майки.

– О, неужели? – устало спросил Майки.

– Да так и есть, чувак. Я не расист – у меня полно черных друзей, но я тебе вот что скажу: большинство из них такие же, как ты, – высокомерные.

– Что ж, Марио, – спокойно сказал Майки, – почему бы тебе не надеть белый капюшон, не вытереть мочу с твоего игрушечного пистолетика и не застрелить меня, сделав миру одолжение, если ты так себя чувствуешь?

– Что за бред ты несешь?

– Я говорю, – повысил голос Майки, – я говорю, что ты – дерьмовая башка, что у тебя вообще нет никакого понятия. Ты все время твердишь о том, что мне надо сменить цвет кожи. Ты когда-нибудь себя слышал? Ты когда-нибудь слышал, как ты говоришь? Как одеваешься – видел? Или как руки пожимаешь? Если кто-то и хотел бы сменить кожу, так это ты.