— Ты просишь меня довериться эльфу, — прорычал демон, глядя на свои руки в перчатках — всегда обособленный, всегда одинокий. — Ты слишком многого просишь.

— Ал, мне кажется, я знаю, как вы выглядели, — сказала я, не зная почему. — В смысле, изначально.

Ал повернулся ко мне, его фалды закрутились и красные глаза нашли меня поверх его очков. Я почувствовала, как рядом со мной напрягся Трент.

— Поэтому ты перестала скрываться? Чтобы сказать мне об этом?

Мне захотелось сильнее опереться на Трента, но я не хотела выглядеть слабой.

— Нет.

Внимание Ала заметалось между мной и Трентом.

— У тебя неприятности? — спросил он сухо. — Я могу разобраться.

Он вытянул руку, и я попятилась к Тренту с протестующей ногой.

— Нет! Я не уйду с тобой. Выслушай меня.

Но он снова пошел вперед, даже когда Трент обнял меня рукой за талию и притянул к себе.

— So ma eva, shardona, — прошептал Трент, и я ахнула, когда линия поднялась сквозь меня — она казалась текучим светом, и моя аура замерцала как пыль в солнечном луче.

— Что ты делаешь? — выдохнула я от этого восхитительного ощущения, чувствуя, как плавают освободившиеся нити моих волос и ощущая спиной тепло Трента.

— Это не круг, — сказал Трент, выдохнув слова мне в ухо. — Я не нарушил обещание.

Но Ал, видимо, знал что это — его рука сжалась и упала, в дюйме от меня. Он отодвинулся, на его лице появилось одновременно отвращение и изумление, и затаив дыхание, я застыла: ощущение растущей энергии поднялось во мне под дразнящий свист энергии Трента, которая смешивалась с моей собственной.

— Любопытно.

Глаза Ала метнули к глазам Трента, и он отступил еще на шаг.

— Я разбит, Рэйчел, — сказал Ал монотонным голосом, как будто ему было больно признавать это перед Трентом, но его голос стал оживленней, когда он продолжил, — Сказки об эльфийском лекарстве ничего мне не дадут! Ты вернешься в Безвременье и докажешь, что жива, чтобы получить средства, которые были начислены на твое имя и я смогу купить себе хоть немного чертовых продуктов!

— Нет, — сказала я твердо, а потом сказала Тренту, еще более нервно. — Прекрати, пожалуйста?

В тот же миг линия во мне исчезла, и он отпустил ее.

— Прости. Оно не должно было причинять боли.

— Оно не причиняло, — сказала я, не желая признаваться, что это было чертовски приятно.

Ал захихикал, и я снова покраснела, поднимая подбородок.

— Я демон, — сказала я. — Я признаю это, мир знает об этом, но мое место здесь, в реальности. Насильно я не вернусь в Безвременье.

Поза Ала утратила краткий проблеск снисходительного веселья.

— Позволю себе не согласиться, Рэйчел Марианна Морган, — произнес он, его глаза метнулись от меня к Тренту, переоценивая ситуацию.

— Можешь позволять себе что угодно, — сказала я громко, сердце колотилось как бешенное. — Трент уже работает над законодательством, чтобы снова сделать мне гражданство, с правами и обязанностями. Если мне повезет, в следующем году я уже буду платить налоги, правда, Трент?

— Эм…, - он запнулся, и еще немного отступил.

В глазах Ала завихрились мысли — возможность для демона иметь права в реальности смущала его. Думаю, его раздражало то, что его не принимают за личность, как бы он этого не отрицал. Положив руки на бедра, он осмотрел меня сверху вниз, его взгляд задержался на моей больной ноге.

— Зачем ты разрушила свой браслет? Чтобы вылечить ногу?

Его тон был горьким, и я покачала головой — движение было резким от нервозности.