Я не удержалась от улыбки, почувствовав волну энергии, текущую от него ко мне, когда он поцеловал мою ладонь в преувеличенной демонстрации своей благосклонности. Трент сердито смотрел на нас — явно недовольный, он встал вне зоны досягаемости, пока Ал флиртовал со мной. Я была готова заплакать от облегчения. Я вернулась, живая, с линией во мне и хорошими отношениями с учителем. Как-то мы умудрились это сделать.

— Пока, Ал, — сказала я, и он посмотрел на меня поверх своих очков.

— Если я еще раз увижу тебя в трениках, клянусь яйцами Бартоломью, я сдеру с тебя кожу.

Ал бросил мою руку. Его улыбка исчезла при взгляде на Трента, а потом он исчез — трава, которую он переместил, с шепотом вернулась на место.

Я сделала глубокий вздох, выдыхая песчаный ветер и чувствуя, как мерзнут ноги. Я сделала это. Нет, мы сделали это.

— Подписывать непрочитанный контракт с демоном не очень умно, — сказал Трент, и я отключила второе зрение. Гул линии во мне исчез, когда я и ее отпустила; но я могла почувствовать ее в пределах своей досягаемости — она ослабляла мою головную боль сердцебиением созидания.

Реальность наложилась на окрашенное красным Безвременье. Мои волосы улеглись, и я посмотрела на руины, в которые превратился офис Трента. Улыбаясь, я подошла к столу, чтобы посмотреть, сколько осталось кофе.

— О, позволю себе не согласиться, — сказала я самодовольно, по дороге бросая свой костыль на инвалидное кресло.

Трент выглядел рассерженным, но я была в прекрасном настроении, даже если меня ждала адская ночь.

— Мой офис разгромлен, — проворчал он, пройдя по своему влажному ковру и взяв кофе, которое я ему протянула. — Почему ты улыбаешься? Моя рыбка сдохла.

— Потому что у нас с Алом все в порядке, — сказала я, делая глоток из своей кружки и молча размышляя над ее ободком, — И это важно для меня. Но мне жаль рыбку.

— Ты считаешь, все в порядке?

Я присела на стол Трента, пытаясь выглядеть сексуально в спортивных штанах.

— Ага. Ал вылечил мою ногу. — Я с лёгким хлопком ударила по ней в качестве доказательства. — Он мог забрать меня в любое время, но он выслушал.

Я знала это с самого начала, но Трент бы мне не поверил.

— Я говорила тебе ничего не делать. Это шоу, которое ты устроил для него, сказало ему одну, и только одну вещь.

Трент поднял взгляд — его глаза перебежали с моей болтающейся ноги, вверх по моим изгибам, и наконец к моему лицу.

— Что за вещь?

Я улыбнулась, делая глоток.

— Ты готов рисковать жизнью, чтобы помочь мне.

Глаз Трента дернулся: он обдумывал это, понимая, как, должно быть, выглядел перед демоном.

— Твои волосы совершенно спутались.

— Правда? — я не могла перестать улыбаться, облегчение окрыляло меня. — А у тебя все лицо в пыли Безвременья.

Я соскользнула с его стола, чувствуя себя безвкусно в черных трениках, но разрываясь от успеха.

— Вот здесь.

Поставив кофе на низкий столик рядом с Трентом, я оперлась на него и провела пальцем под его глазом.

Трент дернулся, его рука поднялась, хватая меня за запястье.

— Что ты делаешь? — спросил он, и я замешкалась, не зная.

Мы оба обернулись на приглушенные голоса за дверью, когда они стали громче и скрипнул вставленный ключ.

— Са’ан! — сказал Квен, распахивая дверь, и останавливаясь как вкопанный, когда его ноги заскользили по мокрому ковру и он увидел разбитый видео экран и лопнувший аквариум. За ним стоял Дэвид.