Я вытянула руку и поймала его, удерживая нас двоих в вертикальном положении — наши ноги с трудом нашли точку опоры среди рассыпанных чар. Парень был слегка полноватым и мы едва не упали, когда он повернулся к ним лицом, потея и воняя красным деревом.

Я присела схватить чары, но остановилась, поскольку Элой издал отрицательный звук.

Я замерла с протянутой рукой, когда доктор Кордова приставила пистолет к животу Трента. Выстрел туда убьет его не сразу, но он убьет его.

Трент просто стоял там, его губы слегка разошлись над зубами, такое дикое выражение я уже видела у него, когда рука Кордоы обернулась вокруг его шеи и ее пистолет прижался к его боку.

— Я бы предпочел Элоя, но это тоже приемлемо, — сказал Трент, и потом я застыла, почувствовав поднявшийся круг. Это была не я. Это был не Марк. Это был Трент.

— Нет! — закричала я, беспомощно вытянув руку, когда вокруг них троих возникло золотое мерцание. За дымкой, Трент обмяк — его собственный вес заставил доктора Кордову усилить свою хватку. Пистолет выстрелил, и Элой закричал — пуля рикошетом отлетела от внутренней части круга Трента и попала в плечо Элоя.

Ругаясь, мужчина упал назад, на внутреннюю стенку круга Трента: одна его рука была на плече, второй он наставил пистолет на доктора Кордову.

— Ta na nevo doe tena! — закричал Трент, пока руки доктора Кордовы прижимали его к ней.

Доктор Кордова закричала, когда магия Трента ударила ее. Я отшатнулась в ужасе, узнав проклятье — то же самое, что изуродовало Вайнону. Где он достал кровь? — гадала я, когда Кордова отпустила эльфа и упала, ощупывая себя, пока ее тело менялось и туфли слетели, как только сформировались копыта. Ее голова упала на пол — лоб был тяжелым и деформированным. Маленькие рога зацарапали по плитке, женщина закричала, и ее голос прервался в задушенном испуганном бульканье, когда она посмотрела на свои руки, теперь толстые и короткопалые. Ее испуганный голос перешел в пронзительный визг, когда из ее кожи сформировался рыжий кудрявый хвост.

Элой вжался в стену круга Трента, по его пальцам струилась кровь. Пистолет был забыт, он в ужасе смотрел, как доктор Кордова превращается в зеркальное отражение Вайноны. Тонкий хвост женщины дико забился по полу, и мужчина отшатнулся, когда он коснулся его. Оно работало на людях. Проклятье работало на людях.

— На пол. Сейчас, — приказал Трент Элою. — Иначе я и тебя превращу в то, чем ты в действительности являешься.

Его голос был холодным и бесстрастным, жестким и неумолимым. Я уставилась на Трента, видя не бизнесмена, прикидывающегося тем, кем он не является, а того же мужчину, который сидел на лошади на закате, в его руках был мир и справедливость, которую необходимо было привести в исполнение — спокойно, уверено и хорошо. Элой бросил пистолет, ужаснувшись.

Я подпрыгнула, когда Марк случайно толкнул меня в плечо. Он смотрел широко раскрытыми глазами.

— Вау, — выдохнул он, когда круг Трента упал, и доктор Кордова слабо захныкала, ее маленькие копыта царапали плитку. — Я почти не пригодился сегодня ночью.

Элой опустился на пол, его глаза не отрывались от доктора Кордовы. Женщина плакала, темные ручейки слез бежали по ее лицу. Ее дыхание с хрипом входило и выходило из груди, и она жалобно закричала. Элой вздрогнул, когда Трент пнул его пистолет ко мне, а пистолет Кордовы в угол.

Холодная сталь скользнула по плиткам и я ногой остановила пистолет Элоя, не утруждаясь его поднять.

— Я думала, ты сказал, что мне не понравятся твои чары, — сказала я, и Трент ухмыльнулся, почему-то напомнив мне о том, как он сидел на дереве, пригнувшийся и опасный. Он никого не убил, и часть меня была несомненно рада.

Вдруг из ниоткуда донесся взрыв радиопомех, и я развернулась, находя наушник на полу.