— Что ты делаешь?

Трент покачал головой со слишком спокойным и сдержанным видом.

— Это не потребует наших максимальных усилий — сказал он мягко, его рука была на моем плече, и потом он направил свой взгляд мимо меня к ним. — Я знаю, как стабилизировать ферменты Роузвуда, — продолжил он громко, и я застыла. — Это я вам нужен. Не она.

— Трент! — воскликнула я, поток паники из ниоткуда затянулся вокруг моего сердца, и он толкнул меня себе за спину, исподтишка передавая обратно мой магнитный мел. — Что ты делаешь?

— То, чего ты не станешь, — ответил Трент, и встретил мой взгляд. — Ты хороший человек. Не меняйся из-за того, что я ублюдок.

Гнев и разочарование наполнили его, и потом… когда он повернулся так, чтобы они не заметили… я увидела струйку возбуждения, бегущую за его мыслями, желание найти справедливость, необходимость доказать себе, что он не просто сын своего отца, что его мать тоже живет в нем. У него была идея, которая ему действительно нравилась, а мне, вероятно, не понравится.

Когда-нибудь ты будешь рада моему особому умению.

Боже, спаси нас. Он собирался сделать что-то плохое. Заметив мое понимание, он отклонился, разрушая зрительный контакт так, словно это причиняло боль.

— Трент… — прошептала я, и он протянул мне аккумуляторный блок и наушник.

— Импровизирую.

А потом он отвернулся.

— Возьмите меня, — сказал Трент смело, его руки лежали по бокам, пальцы широко расставлены, делая очевидным отсутствие пальцев. — Я могу сократить ваши исследования до дней.

Элой обдумывал это три секунды. Доктор Кордова сжала пальцы на пистолете, явно желая отпустить Марка.

— Он не колдун, — сказала женщина, и глаза Марка встретились со мной, ища указаний. Но мне нечего было дать.

На лице Элоя начала медленно расползаться улыбка, и мое сердце заколотилось. Он снова поднял пистолет, и жестом показал мне отодвинуться.

— Назад, Рэйчел, — приказал мужчина, его голос сочился презрением, и доктор Кордова переставила ноги, что заставило Марка споткнуться.

— Он не колдун! — сказала она громче, и Элой послал ей взгляд, который говорил, насколько она тупа. — Если мы заберем его, за нами будет охотиться вся страна!

— Совершенно верно, — со сквозившим в каждом движении удовлетворением Элой велел Тренту положить руки за голову и подойти ближе. — Это будет горячей новостью в каждой программе в каждом городе Соединенных Штатов. Все узнают, что ЛПСО нанесли ответный удар. Они будут знать, что мы больше не станем сидеть и прятаться, а начнем охотиться и убивать тех животных, что поработили и убивают нас, — закричал он мне, праведный гнев врезался в меня как стена. — Ты, отойди назад!

С пересохшим ртом, я отступила, поскользнувшись, когда нога наступила на чары, выпавшие из моей сумки. Не потому ли Трент занял мое место? Знал ли он, что моя магия быстрее? Хотел ли он отвлечь их, чтобы я что-то сделала? Импровизирую? Черт, хотела бы я знать, что он делает!

Доктор Кордова переступила с ноги на ногу. Между головой Марка и пистолетом в ее руке показался промежуток. Я поймала равновесие, запасая энергию линии, пока не заболела кожа. Из наушника, болтающегося на моей груди, ничего не доносилось.

— Избавься от этого бесполезного колдуна, — рявкнул Элой, и доктор Кордова толкнула Марка на меня.

Я вытянула руку и поймала его, удерживая нас двоих в вертикальном положении — наши ноги с трудом нашли точку опоры среди рассыпанных чар. Парень был слегка полноватым и мы едва не упали, когда он повернулся к ним лицом, потея и воняя красным деревом.