Склонив голову, я увидела, как капитан тяжело выдохнул, как будто удовлетворенный, потом взглянул на доктора, стоящего у края стола.

— Ну? — спросил капитан, и доктор посмотрел на часы.

— Они ничего не вспомнят, — сказал мужчина, его европейский акцент был резким, — Даже то, как они попали сюда.

— Хорошо. Пойдем. Леди. Джентльмены, — отсалютовал он, и, положив руки на стол, он поднялся. Не оглядываясь, мужчины направились к двери. Как только они дошли до нее, капитан помедлил, вопросительно подняв руку.

— Ах да, если вы еще раз вмешаетесь в одну из моих операций, я посажу вас обоих в клетки рядом с теми кретинами, которых мы только что поймали. В моем учреждении много места, и в отличие от Алькатраса, от меня еще никто не сбегал. Эльф. Вампир. Оборотень или ведьма.

Коснувшись лба в знак приветствия, он повернулся уходить, придержав дверь для смеющейся пары, вошедшей внутрь. Подавленная, я посидела мгновение, пока колокольчики на двери не зазвенели.

Это другой звон, подумала я, поднимая взгляд. Мои глаза были влажными, и я вытерла их. Как мне объяснить Тренту, почему он здесь сидит, одетый в черную воровскую одежду и его губа разбита? Он никогда мне не поверит.

Что-то ударило мою ногу, и я метнула свой взгляд к Марку, когда он соскользнул с лавочки, замешательство заставило его глаза сузиться.

— Ах, я сделаю вам кофе через секунду, — сказал парень, взглянув на сидение, как будто гадая, почему он сидел на нем. — Что вы хотели?

Я с трудом сглотнула, мои руки дрожали.

— Я буду большой латте, двойной эспрессо, итальянская смесь…

— Немного пены, побольше корицы, с малиновым сиропом, так? — закончил он, начиная улыбаться. — Я помню. А вам…

Он посмотрел на Трента.

— Большой латте, лесной орех с двойным сиропом, верно?

— Если можно, — сказал Трент, его низкий голос звучал также расстроенно, как я себя чувствовала.

Марк быстро зашагал прочь, и через три шага его темп резко сменился болезненной медлительностью. Потирая плечо в смущении, он отправился за стойку, закатав рукав, чтобы посмотреть на новый появляющийся синяк.

— Прости Рэйчел, — прошептал Трент, как будто себе. — Мне нужно было работать усерднее, чтобы найти чары памяти, работающие на демонах.

Моя голова дернулась вверх.

— Ты помнишь?

Челюсть Трент упала.

— Н-но… — пробормотал он, его глаза направились к руке, в которую они сделали мне укол.

— Ты помнишь! — воскликнула я обрадованно, потом я понизила голос, и едва не танцуя, обогнула стол, чтобы сесть напротив Трента, стаскивая свою сумку со стола и кладя рядом со мной. — О мой Бог! Трент! Как?

Выглядя обрадованным, но смущенным, он наклонился, пока наши головы чуть не коснулись друг друга.

— Мой отец владел патентом на производство этих препаратов. Неужели ты думаешь, я бы не знал, как обойти их? — Трент покачал головой, удивляясь. — Но ты. Рэйчел… У меня не было времени… Это были либо чары от боли, либо чары памяти, и я решил, что лучше ты будешь живой без своих воспоминаний, чем мертвой с ними.

Я отклонилась назад, потом снова вперед, не зная что с собой делать. Трент ничего не забыл.

— ОВ стирают воспоминания у свидетелей, а поскольку я не хотела расследовать эти преступления для них и закончить ни с чем на моем банковском счете…

Мои слова затихли, и неожиданно, я больше не смогла смотреть на Трента. Его кольцо блестело на моем мизинце, и я вертела его снова и снова — странное чувство пробегало по мне, пока я избегала взгляда эльфийских глаз.