Изменить размер шрифта - +
А уж про ее номера можно было бы и не спрашивать, хотя Бойко все же спросил на всякий случай, естественно, бесполезно. На номер женщина не посмотрела. Видеокамер наблюдения на подъездах нет. Есть на двух, но в другой стороне дома, где живет публика более состоятельная. В ресторане камеры установлены, но уже месяц как не работают. Ни внутри, ни снаружи. Хозяева заведения дважды обращались в обслуживающую фирму, там только обещают прийти и отремонтировать, но пока не торопятся. Да их особо и не торопили, поскольку в ресторане ни разу еще не было каких-то криминальных инцидентов.

Охранники хватились убитого слишком поздно, когда один из посетителей вышел покурить, обнаружил тело и сообщил официанту. Официант сначала сообщил хозяину ресторана, а тот уже охранникам, которые чуть не убили женщину, пришедшую в ресторан с предполагаемой убийцей. Хотя факт, что убийство совершила эта женщина — высокая, стройная, внешне привлекательная, спортивного вида, — не доказан, а только является предположением, поскольку сама женщина пропала. Но ведь и с ней что-то могло случиться.

И эта подружка ее… Подружка, сообщница или вообще посторонний, как она говорит, человек. Знает только, что высокую женщину зовут Валентиной. Фамилию не знает. Сама она только сегодня утром приехала из Волгограда, хотела найти в Москве работу. В Самаре в поезд села Валентина, вот и познакомились. Она обещала и с работой помочь, и с жильем тоже. Хотя предлагала на первое время, хотя бы на три дня, устроиться в гостиницу, даже посоветовала, в какую лучше. Женщина и пошла. Это оказалась не гостиница, а общежитие, хотя часть комнат использовалась в качестве гостиничных. Оплата была божеская, производилась сразу и без всяких отчетных документов. Больше ничего сказать про Валентину женщина не могла. Встретились, как и договаривались, уже вечером, Валентина пообещала сводить в приличный и дешевый ресторанчик поужинать. И вот во что это вылилось. Билет с поезда женщина предъявила, хотя это еще ничего не доказывало. Но все равно и этот путь поиска оказался пока тупиковым.

Окажись видеокамеры работающими, можно было хотя бы просмотреть, кто заходил в ресторан и кто выходил из него. Швейцара в заведении не держат. Ночью к дверям собственных охранников ставят, а в другое время, когда посетителей нет, охранники на кухне сидят и традиционно что-нибудь жуют. Из-за нерадивых «вышибал» ресторана, как раньше называли охранников, из-за неработающих камер видеонаблюдения, из-за всего этого следствие не могло набрать обороты, и не было возможности раскрыть дело по горячим следам. А чем больше времени проходит обычно в поисках малейшей зацепки, тем меньше вероятность вообще дело раскрыть. Зацепка нужна обязательно. И она, как правило, всегда бывает, только необходимо вовремя увидеть ее и захватить. Но пока Иван Арнольдович такой зацепки не видел.

Просидев в раздумьях несколько минут, старший следователь снова взялся за телефон и о позвонил патологоанатому. Конечно, о результате вскрытия еще говорить рано, но хотя бы о характере ранения и оружии вопрос задать можно.

Патологоанатом был недоволен тем, что его оторвали от дела, и сильно разговорчивым показаться не пожелал:

— Ничего не могу вам пока сообщить. Предполагаю, что смерть наступила от удара острым металлическим предметом точно в темечко. Толщина предмета приблизительно шесть-восемь миллиметров, длина — около пяти сантиметров. Впрочем, кроме длины оружия, я все уже сказал при предварительном осмотре. Больше на данный момент ничем помочь не могу. Извините, я занят.

— А я бездельничаю, — пробурчал старший следователь раздавшимся в трубке коротким гудкам.

Гудки ничего не ответили…

 

2

 

Герой России подполковник Серегин открыл дверь, не посмотрев в дверной «глазок». Знал, что в это время дочь должна с тренировки вернуться, и вообще ему, специалисту по рукопашному бою, заместителю командира бригады спецназа ГРУ по боевой подготовке, странно кого-то бояться и осторожничать в домашней обстановке.

Быстрый переход