Сэр Джеймс, отнюдь не уверенный, серьезно ли говорит его брат, спросил еле слышно:

— Кто же будет командовать из Берика?

— А как ты думаешь? — ответил сэр Джордж и рассмеялся. — Старый Грей из Уилтона. Знаешь его, Арчи? — Ангус отрицательно покачал головой. — Он долгие годы провел во Франции. Я многое бы дал, чтобы увидеть первую встречу старого Грея и лорда Уортона. Они набросятся друг на друга, как коршуны.

— Ну и что в этом смешного? Ты — хитрый дьявол, Джордж, — сказал его брат с откровенностью, к которой оба привыкли.

Глава 5

РОКИРОВКА

1. ВЗЯТИЕ ДАЛЕКО ВЫДВИНУТЫХ ФИГУР

Уилл Скотт напевал, натягивая тетиву на лук:

Жизнь в этот момент казалась ему вполне сносной. Он хорошо поел, и ему было тепло. Сегодня утром он попал в оленя с расстояния в сто семьдесят ярдов, с чем его и поздравил Мэтью. Теперь он горел новым честолюбивым желанием: затмить дурную славу Лаймонда.

Далеко продвинуться к осуществлению этой цели за один месяц было не очень просто, а тут еще после дела в Аннане он был вынужден приостановить свои подвиги. Почти половина отряда получила небольшие раны, вроде той, какая досталась ему. Убитых не было, вот что удивительно — ведь им с боем пришлись вырываться из окружения. Но Лаймонд был гениален. Создавая свой отряд, он подобрал шестьдесят разнообразных головорезов и, обточив, огранив каждого, как бриллиант, сделал из бездомных бродяг непревзойденных мастеров в каком-то малом деле. Истории некоторых из этих людей ему уже рассказал Мэтью.

Денди-Пуфф, парень с густыми, спутанными волосами бурого цвета, был у них кузнецом — его разыскивали из-за внезапной смерти двоюродного брата; в связи с этой историей выплыли на свет Божий и другие досадные происшествия, которые трудно было объяснить.

Ойстер Чарли был поваром; он не держал зла на молодого Скотта («Это не твоя вина, парень, с хозяином шутки плохи»).

Лэнг Клег (оружейник) дважды попадал на дыбу, но так и остался нераскаявшимся карманником.

Скиннер, священник-расстрига, был цирюльником; а при необходимости и исповедником.

Куку-Спит умел, как волшебник, и красть лошадей, и лечить их; он позабыл приличные манеры, даже если и знал их когда-то, и к тому же подцепил ревматизм за пять лет в Толботе, продуваемом всеми ветрами.

Девять быков рогатых,

Восемь барашков лохматых,

Семь псов на цепях,

Шесть зайцев в полях.

Эти люди были самыми заметными в отряде. А кроме них Лаймонд набрал и ничем не примечательных бродяг, по какой-либо причине потерявших свои семьи и фермы или бросивших то и другое: это были себялюбцы и неудачники или наемники, как Терки Мэт, который торговал своим мечом по всей Европе, пока в один прекрасный день не встретился с Лаймондом.

— Почему он вернулся? — спросил как-то Скотт Мэта.

— Просто чтобы быть поблизости. А потом, ему нужно встретиться с парой-тройкой парней.

— С Джонатаном Краучем?

Терки пристально посмотрел на него:

— Это один из них. А ты как узнал?

— Лаймонд сам сказал мне… Мэт, ты с ним уже три года. Как ты его терпишь?

Мэт причмокнул языком:

— Там, за Аппином, есть местечко, о котором ты никогда не слышал; хороший каменный дом и клочок земли, а еще сад и коровник. Это мой дом. Но пока мы играем в эту игру и хозяину везет, постараюсь урвать кусок пожирнее. А уж потом буду лежать день-деньской на солнышке брюхом кверху.