Лизетта. Перестаньте меня волновать. Одним словом, кто вы такой?

Арлекин. Я… Попадалась вам когда-нибудь фальшивая монета? Вы знаете, что такое фальшивый луидор? Так вот, я на него похож.

Лизетта. Договаривайте. Как ваше имя?

Арлекин. Имя? (В сторону.) Сказать, что я ношу имя Арлекина. Еще добавит для рифмы – «дурачина»!

Лизетта. Так как же?

Арлекин. Сейчас все узнаете. Скажите, очень вам ненавистны люди, состоящие на службе?

Лизетта. Что вы называете службой?

Арлекин. Ну, например, служба в передней.

Лизетта. В передней! Значит, передо мной не Дорант?

Арлекин. Он мой командир.

Лизетта. Нахальная образина!

Арлекин (в сторону). Сыскала-таки рифму, плутовка!

Лизетта. Посмотрите только на это чучело!

Арлекин. Лечу вверх тормашками!

Лизетта. Я битый час молю его о снисхождении и всячески унижаюсь перед этой скотиной!

Арлекин. Ах, сударыня, если бы вы предпочитали любовь славе, я осчастливил бы вас не хуже любого барина!

Лизетта (смеется). Ха-ха-ха! Не могу удержаться от смеха! Он еще рассуждает о славе! Ну как тут не рассмеяться! Впрочем, я тебя прощаю, – ведь я же славлюсь добротой.

Арлекин. Правда, благодетельница? Сердце мое будет признательно вам до скончания века!

Лизетта. По рукам, Арлекин! Ты меня провел! Слуга барина ничем не хуже горничной барышни.

Арлекин. Горничной барышни?

Лизетта. Она мой командир, или вроде того.

Арлекин. Притворщица!

Лизетта. Теперь отыгрывайся сколько душе угодно.

Арлекин. Подумать только! А я-то с этой обезьяной час целый бьюсь, не знаю, как признаться, что я всего лишь слуга.

Лизетта. К делу! Любишь меня?

Арлекин. Еще бы! Конечно, люблю. Меняя имя, ты не меняешь глазки, да, кроме того, мы ведь поклялись друг другу в верности, какое бы нас затем ни постигло разочарование.

Лизетта. Да, беда не велика. Огорчаться нечего. Чтобы над нами не смеялись, мы и виду не покажем. Твой барин, должно быть, все еще в заблуждении насчет моей госпожи. Ты ему ничего не говори. Пусть все останется по-прежнему. Вот он, кажется. К вашим услугам, сударь!

Арлекин. Слуга покорный, сударыня! (Смеется.) Ха-ха-ха!

Явление VII

Арлекин, Дорант.

Дорант. Итак, ты расстаешься с дочкой господина Оргона? Ты ей сказал, кто ты?

Арлекин. Конечно, сказал. Бедняжка! Сердце у нее ласковое, как у ягненка. Она не возразила ни слова. Когда я признался, что меня зовут Арлекином и что я ношу ливрею, она сказала: «Что ж, друг мой, в этом мире у каждого свое имя и своя ливрея. Ваша обошлась вам не дорого, и тем не менее она не дурна».

Дорант. Что за вздор ты болтаешь!

Арлекин. Теперь я сделаю предложение.

Дорант. Как? Она согласна выйти за тебя замуж?

Арлекин. Она без меня жить не может!

Дорант. Ты что-то врешь. Она не знает, кто ты такой.

Арлекин. Как бы не так! Хотите биться об заклад, что пойду с ней под венец в ливрее, даже в простой рубахе, если вы меня уж очень разозлите? Знайте, что такую любовь, как моя, ничем не сломишь. Чтобы добиться успеха, я не нуждаюсь в вашем тряпье, а вы вот верните-ка мое!

Дорант. Ты – мошенник! Уму непостижимо! Надо скорее предупредить господина Оргона.

Арлекин. Кого? Нашего батюшку? Добряк у нас в руках. Такого человека, как он, на всем свете не сыщешь!.. Кланяйтесь ему от меня!

Дорант. Вот дурень! Лизетту видел?

Арлекин. Лизетту? Нет. Может быть, она и проходила мимо, да благородный человек не обращает внимания на камеристок. Предоставляю это вам.

Дорант. Пошел вон! Совсем спятил.

Арлекин. Вы выражаетесь несколько вольно. Видно, по привычке. Когда я женюсь, мы будем на равной ноге.