– Да, я это почувствовала, – кивнула Белодворчикова. – И потом, знаете, ведь врачей всегда принято обвинять во всех смертных грехах. Я могла в этом убедиться, и не один раз. Так что же? Не делать же всех, с кем я имела дело по работе, виноватыми, правда?

– Да, я согласна с вами, – сказала я.

– Потом я еще раз перебрала в памяти всех своих знакомых и клиенток, – продолжила Белодворчикова.

– И как?

– Нет, никого не могу заподозрить, – покачала головой Маргарита. – И знаете что, Татьяна Александровна? Я… я не теряю надежды, что… в общем, Ариша ведь…

Белодворчикова не договорила, но я поняла, что она хотела сказать. Маргарита надеется увидеть свою дочку живой. Пока не найдено тело, надежда остается.

У меня запиликал сотовый.

– Извините, Маргарита Григорьевна, мне необходимо ответить, – сказала я и отправилась на кухню.

– Тань, это я, Кирьянов.

– Да, Володь. Есть какие-нибудь новости? – спросила я.

– Если ты о том, нашли ли девочку, то нет, не нашли. Мы разместили ее данные в средствах массовой информации. И уже поступили первые отклики, – сказал Кирьянов.

– Что-нибудь стоящее? Или обнадеживающее? – спросила я.

– Увы. Пока нет, Тань. Пока только небылицы вроде того, что маленькую девочку в розовом платьице и повязке для волос с красным цветком видели в сквере на Рахова, где она просила милостыню. Ну, и еще несколько сообщений в таком же духе, – сказал Владимир.

– Понятно. Я сейчас у Белодворчиковой, – сообщила я.

– Как она?

– Держится, но уже на грани. Неизвестно, на сколько у нее еще хватит сил. Да, я поговорила с ней насчет возможной причастности ее знакомых к похищению ребенка, – сказала я.

– Ну и что? Что она сказала? – спросил Кирьянов.

– Маргарита сказала, что даже не представляет, кто из ее знакомых может решиться на такое, – сказала я. – Да, Володь, а что слышно по поводу записки и повязки?

– Пока результатов экспертизы нет, пообещали сделать так быстро, как только возможно, – ответил Кирьянов.

– Ладно, Володь, пока.

Окончив разговор с Кирьяновым, я вернулась в гостиную, но Маргариты там не оказалось.

Глава третья

«Где же она может быть»? – подумала я. Меня охватило какое-то нехорошее предчувствие. Я заглянула в соседнюю комнату: пусто. Тогда я ринулась в совмещенный санузел. Но и там Маргариты не было. Балкон! Только это место еще и оставалось.

Еще из гостиной я увидела, что Белодворчикова высунулась наружу через перила больше, чем наполовину. Так, действовать необходимо очень аккуратно и осторожно. Не дай бог вспугнуть Маргариту неловким движением или громким звуком.

Я почти неслышно подошла к балкону, осторожно вышла на него и встала рядом с Белодворчиковой. Затем я аккуратно, но крепко обняла Маргариту и потянула на себя. Белодворчикова попыталась сопротивляться, но это у нее плохо получалось. А вот у меня получилось благополучно довести ее до дивана в гостиной и уложить.

– Маргарита Григорьевна, ну что же вы делаете? – только и могла спросить я.

Белодворчикова ничего не ответила, отвернувшись к спинке дивана. Ее плечи затряслись.

Я пошла на кухню, налила в чашку воду из кувшина и отнесла в гостиную.

– Я принесла вам воды, – сказала я.

Маргарита не отвечала.

– Ладно, я оставлю ее вам здесь.

Поставив чашку с водой на журнальный столик, который находился рядом с диваном, я присела в кресло.