– Да, когда я попросил этого парня-фотографа описать внешность тех двоих, то он сказал, что не вглядывался, – продолжил Владимир. – И что вообще затрудняется сказать, кто был во дворе вместе с ребенком: мужчина или женщина. Голос ребенка он слышал, потому что у него было открыто окно. Но только детский голос, потому что слов разобрать было нельзя. Вообще-то парень и у окна долго не стоял. Сделал несколько снимков – и все. Вот так, Тань.

– Получается, что опять нет никакого продвижения, да? – спросила я.

– Ну, это смотря с какой стороны посмотреть. Теперь можно быть уверенным в том, что похититель находится поблизости, – сказал Владимир.

– Володь, о чем ты говоришь? Можно подумать, что нам об этом раньше не было известно, – хмыкнула я. – Преступник держит под своим контролем буквально все! То одну записку бросит в почтовый ящик, то другую приклеит на стекло автомобиля. В перерывах между созданием записок из вырезанных букв он еще и вещи ребенка оставляет! И ведь забавляется, гад, видя, как страдают родители! – прорвало меня.

– Спокойствие, Тань, только спокойствие!

– Володь, вот только не нужно играть роль Карлсона, – сказала я.

– Ладно, не буду.

Владимир поднял руки в примирительном жесте.

В это время у меня запиликал сотовый.

– Алло, – сказала я.

– Тань, привет, это я, Света, – сказала моя подруга.

В трубке послышался какой-то шепот.

– Тань, с тобой хочет поговорить Машка, ты сейчас свободна? – спросила Светлана.

– Свет, я сейчас выйду в коридор, подожди минутку, – сказала я.

– Володь, я выйду ненадолго в коридор, поговорить нужно, – предупредила я.

Кирьянов кивнул:

– Конечно, иди.

Я вышла из кабинета Владимира и остановилась у окна в коридоре.

– Свет, где там Маша? Давай ее сюда, – сказала я в трубку.

– Тетя Таня, тетя Таня, – послышался в трубке звонкий детский голосок.

– Да, Машенька, слушаю тебя.

– Тетя Таня, я хочу тебя спьясить: а когда мы с тобой еще будем игьять на детской площадке?

– Скоро, Машенька, скоро.

– Пьявда, скоя?

– Конечно, милая.

– Тань, – трубку снова взяла Светлана. – Машка меня совсем извела своими вопросами о тебе. Так что я вынуждена была позвонить тебе, оторвать от дел. Ты извини, я ведь знаю, как ты занята, так что…

– Ладно, Светик, не извиняйся. В конце концов, что, я не могу, что ли, найти для ребенка несколько минут?

– Ну, тогда ладно. Пока, Тань.

– До встречи, Светик.

Я нажала на отбой и вернулась в кабинет к Владимиру.

– Володь, слушай, у меня есть идея, как выйти на преступника, – сказала я.

– И как же ты собираешься это осуществить? – спросил Владимир.

– Смотри, необходимо заставить его поверить, что похищенный им ребенок, Ариша, то есть, как ни в чем не бывало, гуляет себе во дворе. В том самом дворе, в котором она гуляла с похитителем ранним утром после похищения. И это было зафиксировано любителем-фотографом. А потом запудрить мозги преступнику, – сказала я.

– Ты имеешь в виду ловушку с подменой, что ли? – уточнил Владимир.

– Ну, можно сказать и так, – кивнула я.

– А ты уверена, что он увидит ловушку? И более того, сам в нее полезет? – с сомнением спросил Владимир.