Изменить размер шрифта - +
Разве можно любить сразу двух мужчин?

Ахмед пристально разглядывал меня. Я не очень удивилась, когда он спросил:

— Почему вы не замужем?

— А вы, почему не женаты? — спросила я в ответ.

— Я был женат один раз. Жена умерла четыре года назад от диабета. Все произошло неожиданно. Спасти ее не удалось.

— Диабет! Очень жаль. Извините. — Я считала, что в наше время не умирают от такой болезни. Она поддается лечению. Но ведь люди все еще умирали от полиомиелита и оспы, хотя в это трудно поверить. — Я не хотела лезть в чужие…

— Но я ведь спросил вас первым. — Ахмед снова улыбнулся. — Мы должны знать побольше друг о друге, если хотим стать друзьями. Теперь вы знаете обо мне все.

— Так просто?

— Так просто.

Я вжалась в сиденье и закрыла глаза, мысленно представляя, как Ахмед кладет сахар в чай. Затем открыла глаза и взглянула на него. Значит, он одновременно был и наивным, и мудрым. Подобно всем египтянам он был по-детски простодушен и одновременно хитер.

— Уже поздно, — сказал он, взглянув на часы.

— Да, — пробормотала я.

Я чувствовала, что раздваиваюсь, испытывая нежность к доктору Келлерману, — спокойную, будто ласковый ветерок трогает мое сердце. И новые чувства к Ахмеду Рашиду — смущавшие и волновавшие, пробуждавшие дремавшие во мне страсти. Неужели такое возможно?

— Сейчас мы вернемся в гостиницу, а оттуда пойдем на базар. Мисс Харрис, вы не передумали?

Я заглянула в его большие и чистые глаза. Теперь я доверяла ему, чувствовала себя с ним в безопасности, он меня волновал, я все больше любила его…

— Я не боюсь.

 

Глава 13

 

 

Фигурка шакала снова перекочевала в мою сумочку. Когда она находилась в кармане брюк, мне было спокойнее. Кроме того, шакалу придется сыграть роль приманки, это меня тревожило.

— В Луксоре много лавок, где продают учтенные предметы старины, но все посетить мы не сможем. Однако я составил список тех, с которыми Джелкс, как мы подозреваем, может иметь дело. У торговцев этих лавок дело поставлено на широкую ногу, и через них проходит много товара. Ну, вам ясно, что надо делать?

— Да. Это нетрудно. Мне всего лишь надо войти в магазин и разглядывать товар, чтобы проверить, не примет ли меня кто-нибудь по ошибке за Адель. Если нет, я подойду к продавцу, достану фигурку шакала и посмотрю, как тот поведет себя. Если продавец останется равнодушным, я спрошу, не помнит ли он эту вещь. Дальше действую по обстоятельствам.

— Отлично. Вы понимаете, что я не смогу войти в лавку вместе с вами. Я должен оставаться снаружи и не засвечиваться.

— Да, я это знаю.

Он умолк и посмотрел на меня. Затем неожиданно взял меня за руку и, легко пожав ее, сказал:

— Лидия, вы идете на огромный риск. Если хотите, можете отказаться пока не поздно. Вы не обязаны это делать.

Я покачала головой.

— Мне так же, как и вам, не терпится скорее закончить с этим делом. Может быть, даже больше, чем вам.

— Ну, тогда все хорошо. Можно приступать.

 

Самые лучшие и дорогие лавки находились рядом с «Нью Винтер Палас», поэтому мы начали именно оттуда. Первая располагалась посреди комплекса магазинов, в которых торговали сувенирами, одеждой и ювелирными изделиями, и принадлежала Мухаммеду Рагибу, имеющему патент торговца древностями. Над дверями висела табличка с позолоченными буквами, на ней значился номер государственной лицензии.

Лавка оказалась большой, хорошо освещенной, оборудованной витринами с двух сторон, современными осветительными приборами на потолке; места в ней хватало, чтобы передвигаться и осматривать товар.

Быстрый переход