|
Родители стали засыпать его подарками. Закрывали глаза на то, что в доме постоянно толкутся мальчики с крашеными ногтями. “В конце концов, – утешалась Сью, – Нуриев и Меркьюри были гениями”. Я же не верил Жану ни на минуту, и, когда он, мило улыбаясь, предлагал мне чашечку кофе, мне казалось, что я вижу змею в сиропе… Мне казалось, что он затаился перед тем, как сделать какую-то феерическую гадость, такую гадость, что радуется еще до того, как ее совершил, в предвкушении, так сказать. Но тут случилась эта страшная катастрофа. И Жан правда стал другим. После похорон он пришел ко мне бледный, весь в черном, с кругами под глазами. “Я дурак, – сказал он. – Все происходило из-за того, что я слишком любил их, любил всех – мать, отца, Лизу… И понял это только тогда, когда их не стало… Я прошу, не говори никому о себе и Сью, сейчас уже все равно, кто был мой отец, а мне не хотелось бы пачкать сплетнями память матери”. Конечно, это я ему пообещал. И нарушил слово только сейчас. Надеюсь, Даша, вы будете тактичны, сплетен не хочется и мне.
Я закивала головой. – Мне незачем и некому рассказывать про чужие скелеты в шкафу. – Даша, а вы знаете, что у Жана был еще арендован сейф в банке? Здесь, на столе, стоял такой маленький глобус. Если нажать на подставку, полушария распахиваются, там он держал ключ от сейфа. А кстати, где этот глобус? Я покраснела. Ну и дура же, поверила в сентиментальность Пьера. Так тебе и надо, идиотка. Во всяком случае, наверное, он уже все успел вынуть. – Я дала его поиграть Маше. А вы не знаете, как открывают такой сейф после смерти владельца? Аллан призадумался. – Если у вас есть ключ, то, по-моему, вы просто приходите и открываете ячейку. Вас даже ни о чем не спрашивают. Но вот если ключа нет, тогда приходится обращаться в администрацию банка. Нет, точно не знаю… – Как насчет чашечки кофе? – С удовольствием. – Тогда пойду распоряжусь. Я выбежала из кабинета и понеслась в гостиную. Не теряя ни минуты, ухватила телефонную книжку. Как, черт возьми, фамилия Пьера. В голове крутилось: “Кубертен”. Ну, конечно же, нет, что за глупость! Вот, пожалуйста, Дюруа Пьер. Может, он? Трясущимися от злости пальцами я с трудом тыкала в кнопки аппарата. Наконец, приятный бархатистый голос Пьера проговорил: – Алло? – Это Даша, сестра Натали. Я знаю, зачем вы взяли глобус, и если вы сейчас же не вернете мне ключ, то следующий мой звонок будет комиссару. Пьер оглушительно захохотал: – А вы, оказывается, бойкая. Я-то думал, что вам понадобится по крайней мере неделя, чтобы додуматься до всего. Но, дорогая, при чем здесь полиция? Интеллигентные люди решают все проблемы между собой, с глазу на глаз. – А вы считаете себя интеллигентом? – ядовито осведомилась я. – Отдайте ключ немедленно. – Ладно, ладно, не кипятитесь. Да и ключ вам не нужен, в сейфе ничего нет. С размаху я треснула трубкой о сервировочный столик. Стеклянная столешница разбилась, засыпав все мелкими, как пыль, осколками. Я посмотрела на то, что осталось от столика. Надо держать себя в руках.
Банк встретил меня ровным гулом кондиционеров. Несколько человек бродили по большому залу. Отыскав нужное окошко, я обратилась к девушке: – Я хотела бы открыть свой сейф. – Вы хотели бы арендовать ячейку? – Нет, – я показала ей ключ, – я хотела бы открыть сейф. – Ну, тогда вам нужно пройти в отделение, как всегда. – Девушка уткнулась в компьютер. Я вздохнула. Мне очень не хотелось привлекать внимание к тому факту, что я здесь впервые. |
