– Пожалуй, соглашусь. Долорес, сегодня пошлите туда людей навести порядок, а послезавтра фотографов. Пойдём дальше. Что-то интересное среди имущества есть?

– Не похоже. По сейфу полная неизвестность – гоблины ничего не рассказывают. Наверное, в банке лежат семейные реликвии и, возможно, несколько десятков тысяч галлеонов, не больше. Остальное… Про дом уже мы решили, а о другом имуществе даже не упоминается.

– Завещание утвердить, а затем сразу мне на подпись. Остался самый сложный вопрос – опекун. Крёстный Поттера, Сириус Блэк, в Азбакане. Малфой мне уже дважды намекал на то, что он ближайший родственник Гарри, но это самый крайний вариант – мы потеряем всякое влияние на мальчика, да и Дамблдор заблокирует такое решение. Нам придётся серьёзно подумать о подходящей кандидатуре.

– А вот я считаю, что уже есть нужная кандидатура, которую никто не сможет отвести.

– Поясните, Варнава.

– Сначала посмотрите на эти колдографии. Мне их только перед совещанием прислали.

– Что тут такого? Гарри заходит в Большой зал. Гарри садится за стол. Гарри осматривает блюда, поданные на завтрак. Гарри кушает. В чём здесь интерес?

– В чём? Теперь посмотрите эти снимки.

– Что здесь? Профессор Снегг заходит… О, Мерлин!

– Вот-вот! Садится, осматривает, ест. Гарри его маленькая копия. Слухи уже месяц ходят, а завтра жёлтая газетёнка «Новости волшебного мира» может напечатать их с соответствующими домыслами. Если и «Ведьмин досуг» тиснет статеечку, а он тиснет – им, как и нам, всегда хочется опубликовать что-нибудь горяченькое. Словом, если вдруг появятся колдографии такого рода, то решение поставить Снегга опекуном поймут и одобрят все избиратели.

– Но далеко не все фракции Визенгамота. Да и плевать – поддержка избирателей за нами. Мы ничего не утверждаем, ни на кого не намекаем, а просто находим сироте подходящего опекуна. Великолепно! Тут ещё нюанс – Снегг считается человеком Дамблдора.

– И близким другом Малфоя! Корнелиус, Северуса по срочному делу, хоть на час, нужно вызвать в Лондон. Далее вам с ним поговорить… Без намёков и предложений. Наоборот, попросите его сделать вам одолжение и принять опеку на мальчиком. Снегг не дурак, всё поймёт, как надо.

– Нужна хотя бы формальная причина, по которой Снеггу предложено опекунство.

– Зельеварение.

– Что?!

– Да, именно оно! Флимонт Поттер, официальный дед Гарри, изобрёл зелье Простоблеск, на котором и составил состояние. Прадед Линфред Стинчкомбский, основатель рода Поттеров, прославился своими разработками. Его Костерост и Бодроперцовое зелье варят до сих пор.

– Хм… Оба зельевары… Быть может, быть может… Компромиссная фигура, которую оба лагеря считают своей, и при голосовании в Визенгамоте она пройдёт с первого же раза. Отец Снегг или нет – не важно, главное, что избиратели решат. А они решат – Министр поставил опекуном мальчика его папочку. Такой миленький и пикантный скандальчик, реально никого не затрагивающий. Но согласится ли Снегг?

– Я полностью уверена – вы найдёте аргументы, чтобы его убедить. Опять же, наши люди, присматривающие за домом Гарри, неоднократно встречали профессора в Литтл Уингинге, причём конкретно около Тисовой улицы.

– О-хо! Даже так! Значит действительно… Ага… А если… Надо кое-что продумать, но вызывайте Снегга по какому-нибудь несвязанному с Поттером поводу.

– А что скажет Гарри о возможном опекуне? Среди молодёжи репутация декана неоднозначна.

– Это не столь важно. Мы как-нибудь убедим мальчугана.

Альбус Дамблдор

Альбус в который раз клял себя за следование им же самим придуманной «политики мягкого подталкивания».