Как ему сказать, что я его ревную? И нет, я не простушка, а она — не благородная леди. Она мне не нравилась потому, что была стервой, но не потому, что она соперничала со мной за Рома.

Ой. Прошу тебя, Джеймисон, уймись, ты просто кипишь от ревности.

- Нет, — повторила я скорее для себя.

Ром закатил глаза.

- Ладно. Пошли, — сказал он и взял меня за руку. — Но если узнаешь что-то шокирующее, то не говори потом, что я тебя не предупреждал.

При первом же его прикосновении меня охватила дрожь. Ощущение его ладони было… божественным. Сильная, теплая, умелая рука в мозолях свидетельствовала о его опасной жизни. Как я могла в нем вообще сомневаться?

Он развернулся и повел меня по широкому коридору. Аромат жасминовой эссенции пропитал воздух. Я ожидала увидеть произведения искусства, но вместо этого коричневые стены коридора были украшены фотографиями Санни.

- Не так быстро, — одернула я Рома, вытягивая шею, чтобы рассмотреть фотографию его и Санни на качелях.

Но он не обратил на мои слова никакого внимания и затащил меня в спальню.

Я остановилась и чуть не задохнулась от изумления. Я словно оказалась в гареме. Разумеется, без изголодавшихся по сексу женщин. Спальня Лексис оказалась даже более нестандартной, чем ее гостиная. Огромная кровать стояла прямо посредине комнаты, на ее столбиках бесшумно развевались ленты из черной сетки. На полу были разбросаны красные подушки, в швы которых были вплетены шарики рубинного цвета. С потолка свисало около сотни маленьких фонариков, которые великолепно освещали всё вокруг. Позолоченные зеркала. Камин.

Чем же эта Лексис занимается, что может себе позволить такое убранство? Или обстановку покупал Ром? Я и не знала, что правительственным агентам так много платят.

Она появилась из гардероба с большой сумкой и кое-какой одеждой в руках. Ее волосы развевались позади нее, как темный плащ. Она осторожно поставила сумку на кровать.

- Ты куда-то собираешься? — спросил у нее Ром. Он отпустил мои пальцы и провел рукой вверх по моей руке, потом прервал физический контакт.

Я почувствовала пустоту без его прикосновения.

- Твоя женщина спалит это место дотла, — горько ответила она. Лексис засунула зеленое шелковое платье в сумку. — Я поняла, что в моих интересах уехать отсюда, прежде чем это случится.

У меня не хватило времени насладиться в полном объеме радостью от слов «твоя женщина». Ведь я всё еще продолжала слышать ее обвинение.

- О, Господи, я не собираюсь сжигать это место.

Ром приоткрыл рот и покачал головой.

- Просто улет. Прости, Лекс. Я бы сюда не пришел, если бы знал, что такое возможно.

- Я знаю, — ответила она. — Брит позаботится о Санни, так что о ней можно не волноваться.

- Я не собираюсь устраивать пожар, — настаивала я.

- Непреднамеренно, — ответила Лексис и, вздохнув, пошла обратно в гардероб за остальной одеждой. — Но устроишь.

- Ты останешься, Лекс. А мы уйдем, — решительно сказал Ром.

- Слишком поздно, — она сложила джинсы и положила их в сумку. — Я не могу выбросить вас на улицу, Ром. Это слишком опасно. К тому же я теперь тоже в это дело впуталась.

О, какое счастье. Я прямо жаждала это услышать.

- Вы оба ведете себя так, словно я обязательно спалю этот дом. Но теперь, когда я знаю об этом, — благодаря этой стерве! — я буду осторожной, — произнесла я, хотя могла бы побиться об заклад на деньги, что она просто хотела выставить меня в дурном свете перед Ромом.