Она внимательно посмотрела на меня своими изумрудными глазами, которые засветились неземным, божественным светом и ответила:

— И всё-таки ты натворишь бед.

Боже, как мне не нравилась эта женщина. Не злись, Белл. Не злись. Стараясь контролировать свое дыхание, я убрала руки за спину и вытянула пальцы, — на случай, если они испускают дым. Я уже чувствовала жуткий жар и горение.

- Ах, Белл, солнце… — заговорил Ром.

- Не сейчас, мы с Лексис… беседуем.

- Беседа может подождать. Твои пальцы горят.

Да пошло оно всё к чертовой бабушке. Я развернулась к нему лицом, ткнула горящим пальцем в его грудь и заорала:

- Хватит мне твердить, что нужно сдерживать темперамент и думать о хорошем! Знаешь что? Я в бегах, не могу пойти домой, скучаю по папе, есть люди, которые хотят убить меня или поймать по причинам, которых я не до конца понимаю, твоя подруга — стерва, и я просто умираю с голоду, — мой желудок вполне мог уже начать есть сам себя, и я только теперь это поняла. Я не ела целый день. Хотя тут я не совсем права: утром Ром накормил меня изумительно вкусным завтраком. Но у меня было такое ощущение, что это случилось миллион лет назад. — Я имею право расстроиться.

- Я знаю, — тихо согласился он. Сочувственно глядя на меня, он задул огонь на моем пальце и обнял меня за талию. Он развернул меня спиной к себе, потом провел руками по спине и плечам, устроив мне замечательный массаж, от которого даже мои кости расслабились. — Извини.

Мой гнев моментально испарился. Так необычно, когда мужчина всё понимает. А мужчина, который искренне извиняется, вообще бесценен.

- Я присмотрю за ней сегодня, Лекс, — сказал Ром. — Я прослежу, чтобы Белл не устроила пожар.

Лексис немного постояла в нерешительности, потом кивнула.

- Обычно я прислушиваюсь к своим инстинктам, но я доверяю тебе, Ром. Мы уедем утром.

- Хорошо. Теперь, давай ближе к делу, чтобы Белл и я могли поесть и поспать, — заявил он, не переставая массировать мои измученные мышцы.

Лексис, продолжая паковать вещи, старалась не смотреть в нашу сторону.

Я же спокойно смотрела на нее. И хотя она собиралась довольно быстро, но двигалась при этом Лексис с изяществом и плавностью танцовщицы.

Взмахом руки она бросила еще один чемодан на постель.

- Я положу туда вещи для тебя, — сказала она мне. — Тебе понадобится одежда, а мы примерно в одном размере.

Как… мило. И совершенно неожиданно.

- Спасибо, — сказала я, чувствуя себя немного виноватой за то, что считала ее стервой.

- Не за что.

- Все началось с того, — сказал Ром, прерывая внезапно наступившее молчание, — что Белл выпила экспериментальный препарат.

- Случайно, — добавила я.

И продолжила наслаждаться массажем.

-Немного ниже, — попросила я Рома, немного подвигав плечами, чтобы показать, где еще меня нужно было погладить. О, вот тут. Именно так. Я наклонила голову вперед, чувствуя настоящее блаженство. — Ммм…

Он резко вздохнул прежде, чем закончить рассказ:

- Этот препарат изменил ее тело на молекулярном уровне, — его голос становился всё тише и более хриплым. — Он дал ей власть над четырьмя стихиями. Ты, наверное, уже догадалась об этом, когда увидела, как ее пальцы загорелись.

Лексис застыла, держа в руках зеленые шелковые штаны. Потом она медленно повернулась к нам.

- Так это я от нее постоянно слышу гудение электричества?

- Да, — Ром немного задержался в районе моей попки, и я закусила губу, чтобы не застонать от удовольствия. — И Винсент, и наш начальник хотят ее заполучить.

Подождите.