|
Про проклятие у вашей матери слухи ходят давно, а раз ваша тёмная ведьма делала подобное зелье пятнадцать лет назад, догадаться не сложно, что оно было сделано для вас. А теперь…
Царь улыбнулся, и вкрадчиво спросил:
— Ваша мать снова ждет ребятёночка?
Я кивнул.
— Хорошо. Мне нужно связаться и узнать, сколько возьмёт ведьма, — быстро заговорил Царь, — а после я вам скажу, сколько это будет стоить. За свои услуги много не возьму, десять тысяч и на этом разойдёмся. Я сделаю вам скидку из симпатии к вашей семье и дела, по которому вы обратились. Дети, это святое.
Я с благодарностью кивнул ему. Он и впрямь попросил за свои услуги немного, но это еще не значило, что данное зелье обойдётся нам дешевле. Да и я чувствовал некий подвох — вряд ли глава городской преступности будет делать нам скидки по доброте душевной, ему явно что-то нужно. К тому же еще и ведьма будет не наша, а значит, может затребовать куда больше.
Царь, крякнув, встал из-за стола, нащупал в кармане зеркало связи, подал мне знак, мол, сейчас будет звонить.
— Ты только попробуй сбить цену, — попросил я, — у нас сейчас с деньгами туго.
Царь махнул на меня рукой:
— Знаю. Голубой виноградник вырубили, взяли займ под залог земель. Знаю о ваших проблемах, как и о том, что происходит в городе.
Царь многозначительно улыбнулся, но улыбка мне не понравилась. Что еще он знал помимо того, что мы взяли займ и вырубили виноградник?
Царь забрал артефакт тишины, подошел к стене, неожиданно надавив и протолкнув ее внутрь открывшейся ниши, а после сам нырнул в образовавшийся проем и скрылся где-то там в застенках, задвинув за собой стену.
Ждал я Царя довольно долго, за дверью, где-то там в коридоре раздалась трель. То ли клиент ломился, то ли тот, кто следил за мной. Но двери ему все равно не открыли.
Царь вернулся как раз в тот миг, когда звонить и стучать в дверь перестали. Он окинул меня быстрым взглядом, сел напротив, приложился к кальяну, и выдохнув облако дыма, сказал:
— Ведьма возьмет пятьдесят тысяч, если вы найдёте мертвую ойру. Без нее будет в два раза дороже. Мой человек готов работать за сорок, ну, и как я уже говорил, десять мне.
— Вчера ты озвучил другую сумму, — удивился я.
— Вчера я не знал, для чего это зелье, — простодушно хохотнул Царь. — Не переживайте, княжич, все будет сделано лучшим образом. С этими людьми я работаю давно и доверяю им. Но предоплату попрошу сейчас. Нам нужна половина, и половина после работы.
— Сейчас у меня нет денег, можем передать вороном вечером.
— Такие деньжищи! А не потеряет? — весьма ненатурально ужаснулся Царь.
— Не потеряет, хорошо примотаем, — не без иронии ответил я и решил, что пора уходить. То, что я собираюсь покинуть бордель, заметил и Царь.
— Прежде чем вы уйдёте, княжич, — не понравилась мне его слащавая улыбка, так и знал, что во всем этом был подвох.
— Что? — вопросительно уставился я на него.
— Взамен я тоже хочу кое о чем просить вашего папеньку.
— Не томи! — раздраженно бросил я.
— Несколько жилых многосемейных капсул для нас.
— Не наглей, — разозлился я, — они все на государственном учете, не знаю, как тебе удалось свою урвать, но все новые продаются или выдаются многосемейным под учет.
— Так, а у меня как раз большая семья, — хитро сощурился он и елейно заулыбался. — Вы папеньке скажите, а он, уверяю вас, придумает как это организовать. Мы же дружить хотим, вот и должны помогать друг другу.
Я наклонился к нему ближе и нехорошо усмехнулся.
— Мой отец не будет водить дружбу с преступниками, не наглей, Царь. И законы он нарушать не будет в то время, когда в княжестве столько столичных агентов. |