Участвуйте в войнах на новых локациях, получая Единицы Прогресса, а также добывая новые ранее невиданные реагенты, материалы и части тел необыкновенных существ. Бонусы за добычу первого зверя, первой единицы ресурса и необычного изделия увеличены вдвое!

Предупреждение!

Не атакуйте разумных не проявляющих агрессию. Штраф за их убийство увеличен втрое! Все разумные на новых локациях будут подсвечены зелёным ореолом. В случае если ореол будет красным — можете смело атаковать.

Никита проморгался и с удивлением обнаружил себя стоящего на площади явно Советского городка, а скорее всего не просто на площади а на привокзальной, так как отовсюду густо тянуло запахом сгоревшего угля, а на здании красовалась надпись Вокзал и Муром. Стихийный, а возможно и не стихийный портал перенёс его на Землю.

К высокой широкоплечей фигуре в побитой броне уже торопились милиционеры в серой форме, а люди вежливо обтекали по сторонам.

— Сержант Зубатов, линейное отделение милиции. — Милиционер коротко козырнул.

— Генерал-майор Калашников. Командир отдельного полка спецназначения резерва Главного Командования. — Никита стащил с головы шлем.

— У вас кровь на голове, товарищ генерал-майор. — Ефрейтор подал чистый носовой платок.

— Да у меня сейчас везде это. — Никита оглянулся. — А есть где комнатка чтобы я привёл себя в порядок? Чтобы граждан не пугать.

— У нас граждане пуганные. — Сержант усмехнулся. — Идёмте. У нас тут комнатёнка в здании. Не дежурка, а так, ноги вытянуть да покемарить часок. Там и душ есть. Не особо красивый, но вода тёплая.

Затолкав останки брони в Доставку, и вытащив из кармана запасную одежду, Никита минут двадцать стоял под едва тёплыми струйками в облезлой и склизкой от плесени душевой едва чувствуя, что его чуть-чуть начинает отпускать. Затем оделся во всё чистое, спалив окровавленные тряпки ударом «чистого огня» заодно дезинфицировав всю душевую вместе с поддоном.

Когда вышел, обнаружил что в комнатке уже сервировали стол, выложив нехитрую снедь.

— Товарищ генерал-майор. Мы связались с военными, они говорят, что пришлют вертолёт. А пока, вот, не побрезгуйте.

— Спасибо братцы. — Никита поклонился. — Я там у вас в душевой чутка переборщил с дезинфекцией и спалил поддон нахрен.

— Да его уже как лет десять стоило выкинуть. — Сержант махнул рукой. — Будет повод новый сколотить. — А вы, товарищ садитесь, покушайте.

Никита взял ломоть чёрного хлеба с лежавшим сверху ломтем сала, и подхватив большую алюминиевую кружку, наполненную горячим, сладким чаем, принялся есть, думая, как отблагодарить парней.

— А кстати. — Он взмахнул рукой, и облако искр накрыло сначала сержанта, а за ним старшего милиционера. — Так. Это все ваши болячки, да проблемы со здоровьем. — Он сунул руку в карман вытаскивая пару боевых аптечек. — А на будущее. И от пули если что и от любой хвори. Только конечно не расходуйте почём зря. Они конечно же не вечные. Так, раз на десять серьёзных болячек помогут и всё.

Вертолёт из штаба округа прибыл через полчаса, но Никита отказался лететь и прямо на задворках вокзала вызвал Доставкой двухместный гравицикл и простившись с милиционерами, поднялся над крышами старого города, и почти неспешно, со скоростью около сотни километров в час, полетел на высоте десяти метров вдоль берега Оки.

Ночевал в палатке на берегу, иногда пытаясь ловить рыбу, но получалось плохо и в основном подъедал запасы продуктов из пространственного кармана. Но и так чувствовал себя просто замечательно.

Никуда не требовалось бежать, решать чьи-то большие и маленькие проблемы, воевать с монстрами…

Пару раз зависал в маленьких кооперативных гостиницах с видом на реку, а когда Ока соединилась с Волгой, убрал гравицикл, купил билет на круизный теплоход продолжив путь по воде.