Броня уже затянула все повреждения, и острые обломки неведомого материала звонко тенькнули по защите, не причинив вреда.

А бур шёл всё глубже и глубже, оставляя за собой дыру диаметром в два метра.

Но немного подумав, Никита решил, что ничего не мешает неведомому врагу лепить препятствие именно на пути бура, и он последовательно создал ещё два десятка конструктов, врубившихся в стены на всех уровнях и под разными углами.

Да, у Никиты не имелось и сотой доли знаний легендарного Ногхорна, попавшего в такую ловушку в незапамятные времена, но и у знаменитого «Ниспровергателя миров» не имелось и десятой доли той дури, что собрал в себе Калашников, всегда шедший к цели, словно штурмовик.

Поэтому полуразумный массив энергии, собранный в форму вечной тюрьмы, сопротивлялся недолго, и где-то через час, лопнул сверкающей пылью, испаряясь голубоватым туманом на глазах, а Никита оказался стоящим на поляне, в лесу с деревьями в два и три обхвата.

Но он и не собирался бродить по бурелому в поисках неведомо чего, а поднялся в воздух, и крутанувшись на высоте километра, взял направление, и ускорился так, что красноватый кокон плазмы окутал броню, стелясь за спиной алым следом.

Оказавшись над заливом Никита, не сбавляя скорости рухнул в воду, подняв огромный фонтан воды и пара, а на берег выбрался уже без брони, но с парой крупных рыбин в руках.

Огонь словно сам собой вспыхнул, поднимаясь из песка без всяких дров, на пляже появилось кресло из походного набора и стол, где через минуту стоял закипающий кофейник, и небольшая тарелочка с бутербродами, печеньки и вазочка с вареньем.

Пятая ячейка кластера «Одинокий перекус» ещё была полна, но Никита счёл, что этого достаточно, и не торопясь стал попивать кофе, закусывая бутербродами и ни о чём особенно не думая, кроме степени готовности рыбы, что сейчас выпотрошенная вращалась над огнём.

Да, судя по интерьеру его захотели зажмурить, замуровав в такой своеобразной тюрьме, но не вышло и, наверное, не стоит надеяться, что этот некто или их коллектив выскочит сейчас из-за угла потрясая оружием. Могли бы убить — сделали бы это пока он был в отключке.

Никита сидел, вкушал от собственных щедрот, и пользуясь случаем подводил итоги чтобы понять, что и как изменилось в мире и в нём самом. А список получался весьма длинным.

Мир уже не находился под угрозой уничтожения, а вражеская вселенная — пожиратель сама разобрана на детали и поглощается со страшной скоростью.

Он просмотрел логи общесистемных сообщений, отключённых за ненадобностью, и увидел, что земли и миры враждебной вселенной активно осваиваются всеми, кто такое мог себе позволить. Серединники, верхняки и Чертоги, активно косили деструктивную живность, устанавливая новый порядок.

Клан Урго, тоже не оставался в стороне, а Грур преодолел порог трёхсотого уровня, и вообще носился по всем землям, повышая уровни.

Жители СССР, влившиеся в клан, тоже трудились во всю, матерея и всё больше отрываясь от владеющих других стран, что Никита только приветствовал. Когда у тебя такие соседи и врагов не нужно.

Заодно узнал, что «Большое благословение Мироздания» это не больше ни меньше, а физическое бессмертие, что объясняло, почему это тайные недоброжелатели не прикончили его пока существовала такая возможность.

Что изменилось в нём? Интегральный показатель уровня показывал четыре ноля, что было достаточно смешно. Энергия, ранее клубившаяся из трёх источников, плюс та что поселилась в мече, теперь освоила уже семь точек, причём четыре, крутились в груди, двигаясь по кругу.

С термагом у Никиты всё обстояло сложно, в смысле никак, но практики ему хватало, и узор сотканный из такого количества нитей имел ломовую разрушительную силу.