В главной комнате было тихо, когда мы медленно зашли внутрь — сначала Дженкс, потом Айви, и последняя я. Открытые двери лифта на противоположном конце комнаты так и манили к себе. До них по прямой было меньше пятидесяти шагов.

— Дженкс, сколько еще до рассвета? — спросила я, зная, что он точнее любой метео-службы.

— Три минуты.

Уголки глаз Айви дернулись, словно от боли. Нам должно хватить трех минут, чтобы засунуть Кормеля в специальный мешок для тел… Это если все пойдет как надо.

Держа в руке пистолет, я быстро пересекла комнату и достала телефон.

— Ладно, Дженкс лети наверх. Найди агента ОВ. Пусть принесут светонепроницаемый мешок к лифту.

— Будет сделано, — сказал Дженкс и улетел в сторону лифта для подачи блюд.

— И скажи им не стрелять в нас! — прошептала я ему вслед, вспомнив непомерное количество машин ФВБ, находящееся снаружи.

Мы почти добрались до лифта, когда Айви посмотрел на меня. Облегчение в ее взгляде было почти осязаемым. В этот раз, возможно все закончится хорошо.

— Можешь меня отпустить, — произнесла Нина, прежде чем я успела вытащить стул из дверей лифта. Ее голос звучал ясно и четко и в нем слышался знакомый, переливчатый темп.

Страх тонкой струйкой влился в меня. Айви тяжело втянула воздух и затем уронила на пол и Кормеля и Нину. Это был Феликс.

Я навела пистолет, но Айви стояла у меня на пути. Я шагнула в сторону. Три минуты. У нас нет лишнего времени!

— Нина, нет! — воскликнула Айви, схватив ее за плечо, но было слишком поздно, я видела в глазах Нины Феликса, видела, что он полностью захватил власть.

— Ах ты сучка! — крикнул Нина-Феликс, брызгая слюной, и ударил Айви наотмашь. — Нина моя!

— Айви, в сторону! — заорала я, держа их на прицеле, но пытаясь найти лучший угол для выстрела. Но тут Нина посмотрела на меня и улыбнулась. Я замерла, заметив злобное удовлетворение в ее взгляде.

И затем у меня перехватило дыхание, когда кто-то врезался мне в бок. Я скользила по ковру, пытаясь сделать вдох. Пистолет непроизвольно выстрелил, но я лишь сильнее вцепилась в него, отказываясь выпускать из рук. От трения все тело горело, но стало легче, когда я остановилась. С трудом пытаясь втянуть в себя воздух, я увидела, что Феликс, настоящий Феликс, сидит на мне, его длинные клыки обнажены, а на его красивом молодом лице расплылась высокомерная улыбка.

— Слезь с меня! — рявкнула я, наводя на него пистолет, но вампир лишь отмахнулся. Я не выпустила оружие, и теперь мое запястье горело огнем. Феликс весь был покрыт кровью, причем не своей. Я слышала, что Айви плачет, но продолжает сражаться с Ниной, которая слетела с катушек, но продолжала бороться за свое право оставаться сумасшедшей.

— Нина моя, — сказал Феликс, налегая на меня. Он прижал мои руки к ковру и склонился к моей шее. — Она нужна мне для дневной работы. Ну почему вы продолжаете вмешиваться?

Рука с пистолетом была прижата к полу, но я все равно могла защитить себя. Вампир взвыл от боли, когда я протянула через себя линию и бросила в него сырую энергию, не прекращая крутиться и вырываться, пока не освободилась от его хватки. Перекатившись, я встала на колени, но мой прицел смазывался из-за сильного жжения в запястье. Феликс был всего в восьми шагах от меня, готовый напасть. Для сжатого воздуха в баллончике это расстояние не проблема, только вот Феликса уже не будет на том месте, когда шарик долетит туда.

— Прости меня, — попросила Айви, скрутив Нину, и с лицом, мокрым от слез, она ухватилась ладонью за свой кулак и двинула ей локтем по голове со всей силы.