— И ты была бы права, — донесся голос Трента из ноутбука Айви, и моя голова резко поднялась.

Трент? Около десятка мистиков побросали свое обсуждение отражающей поверхности медных котлов после того, как сквозь меня прошла нить адреналина и мои глаза расширились, когда Айви развернула монитор в сторону комнаты. Это был Трент. На экране. Класс.

Айви хмуро посмотрела на свой компьютер.

— Как раз во время, — пробормотала она.

— Извините за опоздание, — сказал Трент, картинка двигалась рывками, но приковывала внимание. — Программное обеспечение не грузится. Рэйчел права. Я ничего не слышал о том, что происходит нечто подобное, но я, кажется, утратил большую часть своего голоса в анклаве, и у меня никогда не было его у старейшин.

Он выглядел усталым. За его спиной в меньшем аквариуме плавала красочная рыбка.

— Он нас видит? — спросила я, застыв, когда Трент, казалось, посмотрел прямо на меня.

— Да. Рад видеть, что тебе лучше, Рэйчел.

Его внимание привлекли мои волосы, и я поискала что-то, что не будет звучать глупо или малоинтересно. Единственное число, эхом отразилось у меня в голове, и я прижала руку ко рту, прежде чем сказать это, краснея из-за мистиков, начавших спорить над логикой. Он был явно не сделан из массы, но как он мог быть единственным числом, даже если действовал как единичное число. Все уставились на меня так, словно у меня из ушей полезли омары, больше всех Трент, и я заставила свою руку опуститься.

— Что я пропустил? — сказал он, вдоль краев его заостренных ушей появилась легкая краснота.

— Ничего, о чем бы ты не слышал раньше, — сказал Дженкс, которого прогнали от монитора из-за того, что его пыльца заставляла экран блекнуть. Но Трент не знал о Лэндоне, и я задышала легче, когда все отступили, принимая это за правду, пока он не докажет обратного. Чего он не сделает. Оглядываясь на последние три дня, разговоры между Трентом и Лэндоном приобретали намного больше смысла.

Казалось неправильным, что Трент потерял свой голос из-за чего-то столь глупого, как отказ жениться на Элласбет, когда на самом деле его исключили потому, что власть имущие знали, что он мог повернуть ход голосования о бездействии. Старейшины использовали наши отношение как способ давления на него, и мы играли по их правилам, пока не стало слишком поздно. Боже, это так раздражало.

Эдден кашлянул.

— Трент, это Эдден, — сказал он, поскольку он, вероятно, находился вне зоны видимости камеры. — Айви, ты уверена, что мы не можем разбудить немертвых? Если дело в мистиках, может, специальная комната или что-то вроде того поможет?

— Нет, — сказала она, ее голос был полон волнения. — Времени мало. Я связывалась с несколькими домами, и они сказали, что, по их мнению, у их мастеров осталось меньше двадцати четырех часов до того, как они начнут умирать от нехватки ауры. Они уже показывают первые признаки.

Ее челюсть сжалась, и я вспомнила, что среди немертвых была ее мать.

— Мы должны эвакуировать их.

— Они мне не позволят. Они боятся заражения, — сказал Эдден, и Айви ощетинилась.

— Это враки, и ты об этом знаешь, — прорычала она. Ее глаза вспыхнули чернотой, и когда Дженкс предупреждающе загудел, я наклонилась, чтобы сильнее открыть окно.

— Полегче, — сказал Дэвид, вставая и передвигаясь, чтобы налить еще кофе. Я думаю, это было скорее желание встать и быть на ногах, чем жажда кофеина. — Мы просто пытаемся найти лучший способ покончить с этим.

Меган тоже наблюдала за всеми, и это заставило меня нервничать.