Как бы там ни было, но Ник хотел спасти ее, а теперь, мужчина находился в очень большой опасности. В смертельной опасности. И это, было, скорее, преуменьшением.

Что ж, в разрывающемся от боли разуме была одна, пусть и не очень рациональная, но идея.

Это было глупо, неразумно, практически, забирало любую надежду у нее… Но могло сработать.

Хотя, кого она обманывает?

Это было то, что так отчаянно хотела Рина, что бы там не думал об этом разум. Оказаться возле него, потеряться в его руках, припасть к его коже губами…

Протянув дрожащие пальцы, Сирина, едва смогла дернуть ручку двери, застонав от нового приступа боли в обожженных руках и во всем, мучающемся, теле.

Николай обернулся на этот звук.

— Что ты делаешь? — Мужчина закричал, когда понял, что девушка собирается выйти… Хотя, она себе льстит, определенно. Самым реальным вариантом, казалось только выпасть, из машины. — Рина, остановись!

— Уезжай, Ник. Попробуй спрятаться. — Прохрипела девушка. — Тебе стоит ехать очень быстро…, очень.

И Сирина выбралась из машины, упираясь коленями в землю, пытаясь отползти.

Слыша, как снова, но уже по-другому, завыл демон, и подняла голову, видя в глазах Кирина облегчение и надежду, с которой тот постоянно оглядывался назад, на черное от непонятного, необъяснимо наступающего посреди дня, сумрака, небо.

— Рина! Нет, подожди, мы спрячемся в аббатстве. — Николай начал выбираться из машины, но девушка только покачала головой.

С трудом поднялась, и постаралась отойти, хоть тело и сжималось в комок от боли.

Шаг.

Как он напевал ей утром? Надо было вспомнить ритм, и заставить ноги ступить.

Ей, просто, надо было сделать шаг. Туда, в приближающуюся тьму, которая стремительно накрывала землю, настигая их…

И будет легче, она знала это. Даже то, что ветер неистовал, почти срывая землю, поднимая в воздух обломки деревьев и камни — не пугало ее. Сирина хотела назад,… к нему, хоть и пыталась оправдаться мукой и благими намерениями спасения Ника.

— Я не хочу, не буду уезжать, Николай. — Прошептала она, не оборачиваясь. Ступая трясущимися ногами. — Убегай, иначе, он убьет тебя. Уезжай.

И, в этот раз, очевидно, осознав, как мало может противопоставить такой силе, которая бушевала вокруг. Понимая, что и освященная земля может не остановить такую мощь злобы вампира, Николай завел машину.

— Рина, у тебя еще есть три дня. Борись. Я придумаю что-то, и вернусь. Обещаю. — С этими словами, мужчина уехал, хоть девушка и видела, смотря вслед машине, что Николай постоянно оглядывался, испытывая неуверенность в том, что делал.

Она сильно сомневалась, что у того что-то выйдет. Скорее, он вернется на верную смерть. Но, она не могла произнести больше ничего, чтобы попытаться отговорить Ника.

Впрочем, Сирина и сейчас не имела гарантий, что Михаэль остановится, и не настигнет того, кто вызвал в нем такое бешенство.

Девушка попыталась вдохнуть горящим ртом, и сделал еще один шаг в надвигающийся сумрак…

Почти падая, но, заставляя себя идти.

Она видела, как успокоился, мечущийся у невидимой границы Кирин, пусть и продолжал стараться преодолеть барьер земли, не пускающий его, чтобы помочь девушке.

Шаг.

Сумрак окружил ее, даря уменьшение боли, но… потянулся дальше, преследуя машину…

— Михаэль. — Прошептала девушка обожженными, непослушными губами. Мрак замедлился, словно испытывая сомнения. — Михаэль, — повторила она, хоть и не было уже силы.

Сирина сделала еще один шаг, смаргивая текущие слезы, и, почти натолкнулась на тьму, заполоняющую все вокруг, неясным для девушки образом, игнорирующую этот, неощутимый раздел освящения,… падая в его руки.