Нет! Не должно.

Но так было.

Мастер просто стоял и смотрел, как этот человек приближается к нему, что-то направляя на ее любимого. Девушка не собиралась позволять этого.

О, нет! Михаэль был ее частью. Он был тем, кого она любила.

Тем, кто был для Рины всем ее миром.

И, у Сирины была сила, чтобы остановить это существо, как и ту, что находилась рядом с ними.

О, да! Она обладала всеми возможностями, чтобы защитить его!

Девушка ощущала, как поднимается ее тьма,… их тьма…, чувствовала, как волнами разлетается от нее, их общая сила…

И, только, когда, он заметил Сирину, врывающуюся в зал, когда услышал ее, надрывный крик. Увидел, вбегающих за девушкой, Макса и Грегора — только тогда, на лице Михаэля отразились эмоции. Но, вампир не успел помешать тому, что уже происходило.

Он учел все.

Мастер играл с человеком, но, не предусмотрел того, что Рина окажется здесь, вопреки его воле, не имея представления о том, что истинно происходит. Испытывая ужас от того, что ему, Михаэлю, угрожает опасность. Мастер пытался остановить силу, но… он опоздал.

Второй раз в жизни, допуская ошибку.

Михаэль, просто, не успел остановить ее. Не смог предупредить то, что никогда не хотел, чтобы Сирина сделала.

Ни у чеха, ни у низшей не было шансов, хоть что-то противопоставить их, объединенной с Риной, силе. Которую девушка, столь беспощадно, обратила против того, кто, как ей казалось, мог угрожать ее любимому… Никто бы не смог выстоять в таком…

Михаэль, через миг, был возле нее, закрывая собой, обнимая, прижимая ее голову к плечу, не давая смотреть. Не желая, чтобы Сирина осознала, что же она сделала.

Нет. Такое осознание было именно тем, чего действительно опасался Михаэль.

Но, утыкаясь лицом в его грудь, с наслаждением вдыхая запах любимого, Сирина не могла не продолжать испытывать странный, разрывающий внутренности, ужас.

Вот только, не угроза Михаэлю, теперь, рождала его…

Девушка подняла голову, вырываясь из крепких, не пускающих…, уже сковывающих ее, рук. Отчего-то, на шаг отступила, не понимая, почему напряженное, холодное лицо любимого, так пугает ее. Почему, таким страшным начинает казаться его черный, пристально следящий за ее движениями, взгляд.

Ее вселенная разрушалась.

Она слышала, как, с грохотом, падает стержень этого мира, рассыпаясь по кирпичику.

С каждой секундой, в течение которой глаза Рины обводили измазанный кровью зал — ее разум переполнялся картинами другого мира. Того, который был до него…, до Михаэля.

Сирина отступила еще на шаг, упираясь глазами в бесформенное месиво мышц, и переломанных костей. Это она его в такое превратила…

Странные движения сотрясали ее грудь. Они не несли в себе смысла, лишь заставляя жадно глотать воздух, насыщенный солено-сладким запахом, от которого хотелось выть.

Стон, ужаса, осознания вырвался из закушенных до крови губ.

— Ник…

Это она сотворила такое с ним…

Зеленые глаза взметнулись, встречаясь с холодными и жесткими, черными.

— Сирина… — Его голос подавлял, укрывал, заставлял подчиниться… но она, лишь, еще отступила…

— Кто я?! — Надрывно, яростно, зло закричала Сирина, сжимая в кулаки, покрытые каплями крови друга, руки. — Что ты из меня сделал?!

Михаэль сделал шаг к ней.

— Это не должно волновать тебя, Сирина. Просто, покорись мне. — Его глаза не пускали, но Рина смогла оторваться от них.

— Нет! — Девушка не собиралась более, ему подчиняться. Не тогда, когда осознала, что было перед «ними». Что теперь, стояло между «них».