Почувствовав себя охотником, обнаружившим логово зверя, Миноура решил далее не церемониться и действовать открыто.

Поскольку Муракоси предпринял попытку обмануть полицию, сам факт вызова его в участок и самого пристрастного допроса не являлся бы нарушением прав человека. Теперь можно вполне законно, без каких-либо хитростей посетить и тот странный дом, в котором только что побывал Муракоси.

Чудаковатый художник

На одной из грязных улочек района Ниппори стоит полуразвалившийся деревянный склад, в котором издательство «Фудзи» держит нераспроданные книги. На плоской крыше сколочена маленькая пристройка для сторожа. Здесь и живет Дзёкичи Сануки.

Получив от соседей эти скудные сведения, сыщик Миноура направился к художнику.

— Але! Але! Кого сюда черт несет?! — услышал Миноура, поднимаясь по шаткой лестнице. И тут же увидел обладателя этого грубого голоса — худощавого, лохматого человека с неопрятной черной бородкой. Неприязненно сверкнули большие черные глаза.

— Вы господин Дзёкичи Сануки?

— Да, а тебе чего?

— Я из полиции. Надо поговорить.

Художник растерянно заморгал, потом, широко улыбнувшись, вежливо произнес:

— Ах, вот как… Простите за грубость. Пожалуйста, проходите.

У входа Миноура снял обувь и ступил на рваные циновки. Комната была маленькой, забитой к тому же всякой дребеденью, напоминала жилье нищего старьевщика. Подавляя отвращение, Миноура стал оглядывать неопрятное помещение.

Первое, что бросалось в глаза, — гипсовая фигура женщины в натуральную величину; не хватает ушей, руки сломаны, плечи и бедра расколоты. Странное впечатление производила в клетушке эта нелепая фигура.

У шкафа — мольберт. Одного взгляда на холст достаточно, чтобы заключить, что аляповатая мазня принадлежит безумцу. Еще несколько холстов в подрамниках были не лучше.

Старинные часы эпохи Эдо в форме пагоды, огромный кувшин без горлышка, куча пожелтевших газет и журналов… На грубо сколоченных полках бронзовые, гипсовые фигурки, все с какими-нибудь изъянами. Рядом лампа эпохи Мэйдзи и старинные маятниковые часы.

Под полками разбросаны голова, торс и связанные в охапку руки-ноги манекена-мужчины, — видимо, подобран на свалке.

Трудно было принять это за жилище нормального человека.

Между тем хозяин держался приветливо, может быть даже чересчур:

— Пожалуйста, пожалуйста, присаживайтесь. Дзабутон [5], увы, не могу предложить вам, зато есть у меня огонь, сейчас накипятим воды… — Сануки достал побитый алюминиевый чайник и поставил его на огонь, после чего устроился наконец напротив Миноуры.

Сыщик успел разглядеть стертые до дыр вельветовые брюки, дырявый свитер и принялся изучать лицо хозяина — удлиненное; толстые красные губы в движении напоминали краба; когда он говорил, в них скапливалась слюна.

— О чем же господин из полиции хочет поговорить со мной? — Потирая у огня руки, Сануки живо взглянул на Миноуру.

В ответ сыщик протянул свою визитную карточку.

Художник вслух прочитал:

— «Помощник полицейского инспектора…» Э-э, да вы большой человек.

Миноуре показалось, что Сануки ерничает, и он сухо спросил:

— Вы знакомы со служащим фармацевтической фирмы Хитоси Муракоси?

На прямой вопрос был неожиданно получен такой же прямой ответ:

— Знаком. Не далее как сегодня он был здесь. Мой близкий друг.

— Давно знакомы?

— Со школьных лет. Родом из одних мест. Прекрасный парень, я его очень люблю.

Миноура не мог пока заключить по ответам, так ли простодушен его собеседник или разыгрывает спектакль.

— А откуда вы родом?

— Как же так, вы, представитель полиции, интересуетесь Муракоси и не знаете, откуда он родом? Странно.