- Главное ведь не титул, ни родство с благородными дворянскими домами.

Игорь сел, как лорд Байрон, приложив ладонь ко лбу, и стал действительно похож на писателя - философа и слегка циника.

- Что же, по-вашему?

- Личность, ее качества.

Мужчина явно развеселился:

- Романтика молодости? Шарман.

- Посудите сами, к чему нужен титул?

- Хорошая фишка, на которой можно сыграть.

- Вы игрок?

- Еще какой! Грешен - азартен. Увлекателен не итог, а сам процесс. Вы были в казино, видели игроков? Какая страсть, экспрессия написана на их лицах? Ставка, ожидание на грани истерики и вот отчаянье на уровне готовности к самоубийству, или экстаз выигрыша, окрыляющий и толкающий на безрассудство. Следующая ставка. Так по кругу: от отчаянья к опьянению от счастья. Вся жизнь человеческая в этих лицах и мгновеньях. Подобную страсть можно увидеть, пожалуй, лишь у сраженных любовной лихорадкой. Кстати, вам уже довелось испытать головокружительную страсть, влечение, которое невозможно обуздать?

"Не слишком много он хочет знать?" - подумала девушка. Вспомнила вчерашнее и отвернулась.

- Нет, конечно, вы слишком молоды, в вас кипят совсем иные страсти - бунтарства, например, да? А еще хочется обнять весь мир и объявить о себе во всеуслышание.

- Не думала.

- Как? Вы не самолюбивы, не тщеславны, не амбициозны?

- Нет.

- Другие планы? Вам нет дела до звезд, нужна одна маленькая снежинка? Любимый, семья, дети и неплохая работа?

- Что-то в этом роде.

Мужчина с улыбкой покачал головой:

- Нет, не обманывайтесь. Вы будите плохо смотреться в домашнем интерьере, поверьте, испортите свои данные, упустите возможности.

- Некоторые нужно упускать.

- Я иного мнения. Вы сами кто по профессии?

- Никто. Была студенткой.

- Мама, папа?

- В разводе.

- Печально. Что думаете делать дальше? Есть какие-то реальные планы?

- Да - жить.

- Вот так просто?

- Да, почему нет?

- А как?

- Солнечно.

Расмусов хмыкнул:

- Всего лишь?

- Мне достаточно.

- Зря. Нужно уметь выгодно продавать товар, что вы имеете, пока на него есть спрос, пока товар не завял и не испортился, пока на него есть предложение. А вам есть что предложить, достало бы ума это сделать. Примите мои поздравления. Я кстати был уверен, что с бедными не о чем говорить, но вы несколько пошатнули это мнение.

Ведь вы из низшей среды, я прав? Конечно. Не обижайтесь. Вы прекрасно держитесь, антураж - весьма, но вот рассуждения, некоторые постулаты, выдают вас с головой. Надеюсь, я вас не оскорбил?

Молчите? Да будет вам. Я выразил свое восхищение, поверьте. Кстати, опять же не примите за дерзость или желание оскорбить вас… Будем говорить как деловые люди: мне по нраву ваш товар, если мой вас не отталкивает, а поверьте я могу не меньше Лешего, то я буду рад помочь вам после того, как ваши отношения с Алексом закончатся.

Можете ничего не отвечать мне сейчас, я даже прошу об этом. Просто запомните мое предложение, а решение придет само в нужный момент.

Бывают такие минуты, когда очень четко и ясно складывается то, что не дается порой годами, вязнет то ли в пустоте определений, не находя оптимально выражающего и подходящего слова, мысли. То ли не хватает этому "чему-то" какой-то крупицы, чтобы укорениться, из разрозненных почти неосязаемых порой ощущений, собраться воедино.

Это непонятное, неясное мучает мозг, портит настроение, сидит как заноза, но стоит попытаться ее вытащить - ускользает, утопает в тумане непонимания, как силуэт человека в тумане превращается в образ неясной тени, которую ты не можешь ухватить, понять, кто за нею скрыт.