Всего, таким образом, — шестьдесят тысяч.

Но если брать только Тёмный путь — двадцать тысяч.

«С другой стороны, — подумал Зевс, — я вполне мог пойти в противоположную сторону. Это может означать, что коридоров здесь меньше, например, десять тысяч. То есть половина. Ведь другие геймеры могли пойти в другую сторону, верно? Ну да… Пятьдесят процентов Игроков в правильную сторону, пятьдесят в неправильную. Плюс-минус. Вот тебе и отбор!»

Игрок вздохнул. Веда, Ведьмочка была по жизни «не правильной» но в этот раз, он надеялся, ей должно было повезти.

Посчитать коридоры, естественно, было невозможно.

Зала, на пороге которой прижимался к стенке Зевс, была огромной и напоминала, скорее, гигантскую каменную чашу, перевернутую вверх дном, но настолько огромную, что края ее терялись далеко в темноте. Вполне возможно, в нее действительно выходило десять или двадцать тысяч узких коридоров — по числу победителей-игроков.

У ближайших коридоров, во всяком случае, стояли другие Тёмные Аколиты. Узнать их было легко по плащам, капюшонам, лысым макушкам и ошарашенному взгляду. Многие из Аколитов только выходили из коридоров, другие прятались, как Зевс. Но большинство, судя по кислым позам, ждали уже давно.

Статистика, страшная вещь, сделал вывод «облысевший» блондин. Мы такие разные и очнулись в разных коридорах, но клянусь чем угодно, вышли к центральному залу почти одновременно! Он усмехнулся. Итак, люди опять играют подопытных крыс в лабиринте. А разработчики — наших живодёров.

Некоторые Игроки не оставались рядом со своими арками, а осторожно бродили по залу, изучая его, а также других геймеров и их коридоры. Зевс последовал примеру самых активных и принялся обходить гигантский каменный зал вдоль стены. Минут через сорок ему несказанно повезло, и он обнаружил знакомое, такое родное ему лицо.

Ведьма! Ну, вот может же, когда хочет!

Видимо, те Игроки, что сражались в паре на прошлых уровнях, пробудились в соседних коридорах, иначе объяснить столь скорую встречу с напарницей было невозможно.

Зевс незаметно подкрался.

Так и есть! Оказалось, боевую подругу тоже заделали в средневековые скинхеды — Веда прятала черепушку под капюшоном.

Резко схватив ее за плечо, Зевс заорал прямо в ухо:

— Я ослеп от твоей красоты! Привет!

Ведьмочка испуганно вскрикнула, обернулась. Секунды три всматривалась в лицо в полутьме. С лысиной, без бровей, лицо Зевса было не таким привычным, как в жизни.

Потом бросилась и… обняла.

— Я тоже рад тебя видеть! — похлопал её Зевс пониже спины.

* * *

Ведьмочка закончила свой короткий рассказ, почти с точностью повторив историю Зевса. Веда, как и он, училась кидать огненные шарики в тёмном коридоре, потом наугад выбрала дорогу и вышла в общий зал. Эта история, похоже, повторялась у всех выживших Аколитов. «Возможно», — подумал Зевс, — все коридоры на самом деле фальшивые и смыкаются в одной точке. Куда бы ни пошел заблудший Игрок, не важно вправо или влево, он все равно выходит туда, куда и все. В реале такое невозможно, но в виртуале с Игры вполне станется замкнуть пространство, завязав его узлом.

Впрочем, в путешествии Веды имелись отличия от Зевса. Её миновало возведение каменной стены, и в целом, Веда оказалась более способной к магии, нежели её татуированный приятель. В частности, он был поражен возможностями магической регенерации. Спотыкаясь в туннеле, Веда расцарапала себе коленки. Но концентрируя прану на определенном месте тела, она научилась восстанавливать телесные повреждения за несколько секунд. Кроме того, вместо микрофаербола, который использовал Зевс для освещения и прохода по коридору, Ведьма умудрилась изменять зрение, переводя его в инфракрасный или ультрафиолетовый диапазон.