|
Скорее всего, он сорвал чердачный замок и пользовался помещением безвозмездно.
— Сколько ты платишь за этот рай? — усмехнулась я, снимая все на камеру телефона.
— Нисколько, — ответил Энджел, протягивая мне стакан со спиртным. По всей видимости, коньяк. — Это мое убежище от посторонних глаз.
— Может, расскажешь мне все?
— О чем ты? — не понял парень.
— Сколько девушек ведутся на этот маскарад? Сколько времени ты тратишь на макияж? Где черпаешь идеи?
— Ты не помешана на вампирах, так? — как же я любила сообразительных парней. — Тогда какого черта ты здесь?
— Просто интересуюсь. Так в чем смысл?
Неудавшийся вампир тяжело вздохнул и уселся на диван.
— Да какая тебе разница? Я же ничего плохого не делаю. Девчонки помешаны на вампирах, а я даю им то, чего они хотят.
— Часы грима того стоят?
— Ты не видела меня без него, — расхохотался парень. — Без этих линз и подведенных глаз вы на меня даже не смотрите. Знаешь, я рад, что в моду вошли худоба и бледность. Тут у меня есть хоть какой-то шанс. В отличие от того времени, когда все мечтали о загорелых качках. Не смотри на меня так. Это вы напридумывали себе идеал, а нам приходиться ему соответствовать.
— Ты хоть сам в вампиров веришь? — усмехнулась я.
— Не смеши меня. Я в честность нашего правительства и то больше верю.
«Эксплуатация образа вампиризма в современном обществе оправдана для обеих сторон. Женская половина воплощает свои сексуальные фантазии через обобщенный идеал, наделенный всеми основными параметрами, ценящимися на протяжении всей нашей жизни, но слегка утрированными и адаптированными к современным реалиям. Мужской же половине приходится уживаться в установленных рамках.
Таким образом, следует считать, что именно женщины являются той причиной, которая возродила образ вампира и наделила его новыми чертами, которые мы можем наблюдать на данном этапе. Если присмотреться лучше, то можно заметить, что образ «идеального мужчины» до сих пор включает в себя — силу, самостоятельность, а также некий «внутренний надлом», что ценилось женщинами всегда».
— Ты снова маешься дурью? — звонок подруги как всегда был некстати. — Собирайся.
— Куда? Уже вечер.
— Сейчас только вечер. Тем более я все придумала. Мы идем в «DarkHorse». Не слышу радости.
Перед глазами возникла душераздирающая картина: паутина, летучие мыши, скелеты на стенах. Какого черта мы пойдем в готический клуб? Разве похоже, что я сегодня не получила свою дозу сумасшедших?
— Зачем?
— Ты ловить своих вампиров, а я всегда хотела попробовать что-то новенькое. Это же считается самым крутым клубом в городе. Так что давай, обращайся в своего упыря. Я зайду через два часа.
Никогда бы в жизни я не согласилась пойти в эту дыру, но дата сдачи статьи приближалась, а я видела только помешавшуюся деревенщину да раскрашенного парня. Довольно слабый улов. Не стоит останавливаться на достигнутом.
На мне было кружевное короткое платье, состоящее из корсета и юбки-пачки. Темные тени на веках и бледная помада дополняли готический образ. Это было даже забавно, учитывая, что я никогда не использовала так много косметики. Радовало одно — как только я удачно сдам это исследование, мой мир снова вернется в привычную колею. Мне нужно только подождать. Я воспринимала это как работу под прикрытием. Настоящие шпионские игры.
Клуб оказался адским местом. Причем в прямом смысле этого слова. Тяжелый металл, люди, облаченные в кожу и разукрашенные под демонов. |