— Очнись, долбаный самурай, — человечек хлопнул по лицу отца, отчего голова того дёрнулся в сторону.

Сука!

«Не глупи! Нам надо всё выяснить!».

— Пошёл ты, — кое-как выдавил из себя мой родитель, разлепив глаза и с ненавистью посмотрев на своего пленителя. — Каждый раз одно и то же. Самому не надоело?

— Молчи, Ростов, — прокряхтел тот, но второй раз бить не стал. Видимо, побоялся связываться с человеком в сознании. — Пора работать.

— Другого я от тебя не ожидал.

Незнакомец промолчал и направился туда, откуда пришёл. Отец же аккуратно выбрался из капсулы и посмотрел в сторону матери. Приложив ладонь к стеклу, на пару мгновений застыл на месте, а потом вздрогнул и отступил. Осмотрелся, но никого не увидев, медленно повернулся в мою сторону и взглянул на вентиляционное окошко.

«Он нас видит!»

Это же отлично!

Но он не подошёл. Лишь приложил палец к губам и направился следом за мелким выродком.

Что за хрень?!

Я не стал дожидаться, когда он вернётся и скользнул на пол. Там притаился за столом, не принимая человеческий вид. Чувствовал, что сил маловато, но рисковать не собирался. Наконец-то я их нашёл, и не хотел всё испортить.

Между тем за дверью, за которой скрылись отец и мелкий урод, послышались голоса:

— Кто она такая?! — злился незнакомец. — Я тебя спрашиваю, Ростов?!

— Мне-то откуда знать, — ответил родитель. — Как ты заметил, я никуда не выбираюсь отсюда уже несколько месяцев.

— Никто не должен был…

— Готфрид, — отец всё же повысил голос. — Это твои проблемы! И я бы с радостью разнёс здесь всё к чёртовой матери, но мне нужно лекарство, чтобы вылечить жену. Которую ты, мразь, отравил!

— Да, да, да, — судя по голосу, мелкий не особо боялся отца, но нотки страха всё же проступили. — Сделаешь то, что нам надо, и получишь сыворотку.

— Ты говоришь так вот уже…

— Получишь, как мы закончим! — рыкнул на него незнакомец. Наверное, в тот момент отец сжал кулаки от злости. Лично я бы за это разбил морду. — С ней всё нормально, пока она в капсуле.

— Её состояние может ухудшиться в любую секунду!

— Твоё тоже, если не начнёшь работать. Чем раньше закончишь, тем быстрее вернёшься к себе в спаленку.

Отец ничего не сказал. Он вышел из соседней комнаты и в сердцах хлопнул дверью.

Надеюсь, эта сволочь подпрыгнула на стуле.

Папа остановился посреди лаборатории и с нежностью посмотрел на капсулу мамы. Потом медленно подошёл к столу, за которым скрывался я, и облокотился о него.

— Ну, привет, сын, — на его лице расцвела довольная улыбка. — Вижу, ты многому без нас научился.

— Пап, — я материализовался, хотел встать, но он не позволил, вытянув руку. Пришлось сидеть в укрытии, сжавшись в три погибели.

— Нет, — нервно прошептал он. — Сиди и слушай. Времени у нас мало, — покосился на дверь. — Не знаю, с кем ты пришёл, но ей грозит опасность.