В этом и заключалась беда: внутри отдела СВ все верили друг другу. Они вынуждены были верить. Они составляли сердцевину, самый закрытый клуб, передний край тайной войны. И всё же каждый вынашивал страшное подозрение. Хауард, расшифрованные коды, мастерская работа контрразведки КГБ могли объяснить пять, шесть, даже семь провалов агентов. Но четырнадцать?! Чёрт побери, вся команда?!

И все равно предателя не могло быть. Не должно быть. Только не в Советско‑Восточноевропейском отделе. В дверь постучали. На душе стало легче. За дверями ожидало разрешения войти последнее уцелевшее воплощение прошлых успехов.

– Садись, Джейсон, – предложил заместитель директора. – Мы с Гарри просто хотели сказать: «Хорошая работа». Твой «Орион» напал на настоящую золотую жилу. У ребят в аналитическом отделе сегодня рабочий день. И мы считаем, что агент, завербовавший его, достоин Джи‑эс‑15. – Джейсон кивком поблагодарил. – А как твой «Лайсандер» в Мадриде?

– Прекрасно, сэр. Он постоянно выходит на связь. Ничего особенного, но полезен. Его командировка почти закончилась. Вскоре он возвращается в Москву.

– Его не отзывают преждевременно?

– Нет, сэр. А разве должны?

– Нет… нет причин, Джейсон.

– Хотите откровенно?

– Давай.

– В отделе ходят слухи, что последние три месяца у нас большие неприятности.

– В самом деле? – произнёс Гонт. – Ну, люди любят сплетничать.

До этого момента все значение катастрофы осознавали только десять высших чинов, занимающих самую вершину иерархии управления. Всего в оперативном управлении насчитывалось шесть тысяч служащих, тысяча из них работали в отделе СВ, и только сто человек имели уровень Монка. Это равнялось населению деревни, а в деревне слухи расползаются быстро. Монк набрал в лёгкие воздуха и решился:

– Говорят, мы теряем агентов. Я даже слышал, что цифра доходит до десяти.

– Тебе известно правило «знай только то, что нужно», Джейсон?

– Да, сэр.

– Ладно, допустим, у нас есть проблемы. Это случается во всех службах. То везёт, то не везёт. А что ты думаешь?

– Даже если цифра преувеличена, существует только одно место, где вся информация сосредоточена целиком, – файлы 301.

– Полагаю, нам известно, как работает управление, солдатик, – проворчал Гонт.

– А как же получается, что «Лайсандер» и «Орион» до сих пор на свободе? – спросил Монк.

– Послушай, Джейсон, – спокойно произнёс заместитель директора. – Однажды я сказал тебе, что ты любимец судьбы. Нетрадиционного поведения, нарушитель правил. Но тебе везло. О'кей, мы понесли некоторые потери, но не забывай, что данные о твоих агентах тоже были внесены в эти файлы.

– Нет, их там не было. – В наступившей тишине можно было услышать, как пролетает муха. Гарри Гонт застыл с трубкой в руке, которую он никогда не курил в помещении, а пользовался ею как актёр реквизитом. – Я никогда не подавал сведения о них в центральный отдел регистрации. Это было упущение. Очень сожалею.

– Так где же оригиналы докладов? Ваших собственных докладов о вербовке, местах, времени встреч? – наконец спросил Гонт.

– В моём сейфе. Они всегда оставались там.

– А все детали проводимых операций?

– В моей голове.

Повисла ещё одна долгая пауза.