Все, что может послужить оружием в борьбе против пришельцев, я буду использовать без колебаний. И поскольку засевшие в твоей голове идеи и сокровенные желания могут влиять на качество исполнения тобою служебных обязанностей, они меня напрямую касаются. Ну а когда на мне этой одежды нет… - она выразительно вскинула брови, - обещаю не использовать ничего из этих секретных папок тебе во вред.
Ари улыбнулся. Несколько минут они шагали бок о бок, не произнося ни слова. Жанель вела своего спутника в направлении научных лабораторий. “А кстати, - размышляла она про себя, - действительно ли это правда? Сумею ли я удержаться от того, чтобы при случае не воспользоваться кое-какой информацией во вред Ари?” Да, у нее есть доступ к секретным психоаналитическим данным его личного дела - так же как и к досье на каждого солдата и офицера, проходящих службу под ее командованием. Стоит только решить, что тебе нужны эти данные, - и их немедленно принесут на блюдечке. Однако Жанель ни разу еще в подобные бумаги не заглядывала. “Да будет проклят тот день, - в который уж раз подумала она, - когда я лишусь способности определить, что у человека на уме, без помощи этих чертовых досье”. Слава Богу, до сих пор этого не требовалось ни для служебных, ни для личных целей. Ну а что, если рано или поздно подобное случится?
Она отлично понимала, по какому скользкому пути шагают по жизни они с Ари, балансируя на тонкой грани между своими личными, такими близкими отношениями, с одной стороны, и служебной субординацией - с другой. “Менее сильный духом мужчина вряд ли бы смог долго мириться с подобной ситуацией, - подумала Жанель. - К счастью, Ари на голову выше среднего представителя мужского племени. Обладая острым умом и великолепной находчивостью, он всегда справляется с работой на “пять с плюсом”. Так что у этого человека никогда не возникает внутренней потребности доказывать окружающим свою значимость. Его импульсивность в бою и тому подобных кризисных ситуациях - это действительно только импульсивность, просто черта характера, а не отчаянные попытки самоутверждения человека, чувствующего себя не в своей тарелке из-за того, что сильная и уверенная в себе женщина оказалась вдруг не только его непосредственным командиром, но еще и любовницей. По крайней мере, мне так кажется…”
Они миновали первую пару массивных надежных дверей, блокировавших входы в лабораторный корпус.
- Тренчард? - проговорил Ари.
- Угу. Разве он когда-нибудь отправлялся вовремя спать, если вдруг выпадала возможность повозиться с новой игрушкой?
В это позднее время лабораторный корпус уже почти совершенно опустел. Когда за ними захлопнулись тяжелые входные двери, Жанель и Ари долго еще шагали по коридорам и кабинетам, погруженным в полумрак, миновали не одну лабораторию, где все оборудование было отключено - за исключением главных компьютеров, продолжавших считывать данные всевозможных экспериментов. Научные работники, в отличие от самих военных, вовсе не стремились строго придерживаться официального распорядка рабочего дня, хотя кое-кто из них, конечно, тоже был вынужден, сменяя друг друга, выходить на ночные дежурства, если очередной эксперимент требовал круглосуточного присутствия человека в лаборатории. Как бы то ни было, теперь почти все они давно уже разошлись по домам. Но ведь среди ученых всегда отыщется парочка таких, кто слишком погрузился в работу, слишком заинтересовался какой-то новинкой и просто не может от нее оторваться.
Они приблизились к следующей паре бронированных дверей, еще более мощных, чем первые, отделявших наиболее строго охраняемые лаборатории, где велись эксперименты над живыми, захваченными в плен пришельцами, от тех заведений, где работают лишь с неодушевленными биологическими препаратами. Остановившись у входа в этот сверхсекретный блок, Жанель вдруг задумалась о том, что же за человек этот самый Тренчард. История его жизни не содержала совсем ничего примечательного, за исключением лишь того эпизода, когда Тренчард случайно оказался в районе, подвергшемся нападению инопланетных террористов, и едва не погиб. |