Множество вкруг Кебриона метаемых копий великих,

Множество стрел окрыленных, слетавших с тетив, водружалось;

Множество камней огромных щиты разбивали у воев

775 Окрест его; но величествен он, на пространстве великом,

В вихре праха лежал, позабывший искусство возницы.

Долго, доколе светило средину небес протекало,

Стрелы летали с обеих сторон и народ поражали.

Но лишь достигнуло солнце годины распряжки воловой,

780 Храбрость ахеян, судьбе вопреки, одолела противных:

Труп Кебриона они увлекли из-под стрел, из-под криков

Ярых троян и оружия пышные сорвали с персей.

Но Патрокл на троян, умышляющий грозное, грянул.

Трижды влетал он в средину их, бурному равный Арею,

785 С криком ужасным; и трижды сражал девяти браноносцев.

Но когда он, как демон, в четвертый раз устремился,

Тут, о Патрокл, бытия твоего наступила кончина:

Против тебя Аполлон по побоищу шествовал быстро,

Страшен грозой. Не познал он бога, идущего в сонмах:

790 Мраком великим одеянный, шествовал встречу бессмертный.

Стал позади и ударил в хребет и широкие плечи

Мощной рукой, — и стемнев, закружилися очи Патрокла.

Шлем с головы Менетидовой сбил Аполлон дальновержец;

Быстро по праху катясь, зазвучал под копытами коней

795 Медяный шлем; осквернилися волосы пышного гребня

Черною кровью и прахом. Прежде не сужено было

Шлему сему знаменитому прахом земным оскверняться:

Он на прекрасном челе, на главе богомужней героя,

Он на Пелиде сиял, но Кронид соизволил, да Гектор

800 Оным украсит главу: приближалась бо к Гектору гибель.

Вся у Патрокла в рунах раздробилась огромная пика,

Тяжкая, крепкая, медью набитая; с плеч у героя

Щит, до пят досягавший, с ремнем повалился на землю;

Медные латы на нем разрешил Аполлон небожитель.

805 Смута на душу нашла и на члены могучие томность;

Стал он, как бы обаянный. Приближился с острою пикой

С тыла его — и меж плеч поразил воеватель дарданский,

Славный Эвфорб Панфоид, который блистал между сверстных

Ног быстротой и метаньем копья, и искусством возницы;

810 Он уже в юности двадцать бойцов сразил с колесниц их,

Впервые выехав сам на конях, изучаться сраженьям.

Он, о Патрокл, на тебя устремил оружие первый,

Но не сразил; а исторгнув из язвы огромную пику,

Вспять побежал и укрылся в толпе; не отважился явно

815 Против Патрокла, уже безоружного, стать на сраженье.

Он же, и бога ударом, и мужа копьем укрощенный,

Вспять к мирмидонцам-друзьям отступал, избегающий смерти.

Гектор, едва усмотрел Менетида, высокого духом,

С боя идущего вспять, пораженного острою медью,

820 Прянул к нему сквозь ряды и копьем, упредивши, ударил

В пах под живот; глубоко во внутренность медь погрузилась;

Пал Менетид и в уныние страшное ввергнул данаев.

Словно как вепря могучего пламенный лев побеждает,

Если на горной вершине сражаются, гордые оба,

825 Возле ручья маловодного, жадные оба напиться;

Вепря, уже задыхавшегось, силою лев побеждает, —

Так Менетида героя, уже погубившего многих,

Гектор великий копьем низложил и душу исторгнул.

Гордый победой над ним, произнес он крылатые речи:

830 «Верно, Патрокл, уповал ты, что Трою нашу разрушишь,

Наших супруг запленишь и, лишив их священной свободы,

Всех повлечешь на судах в отдаленную землю родную!

Нет, безрассудный! За них-то могучие Гектора кони,

К битвам летя, расстилаются по полю; сам копием я

835 Между героев троянских блистаю, и я-то надеюсь

Рабство от них отразить! Но тебя растерзают здесь враны!

Бедный! тебя Ахиллес, несмотря что могуч, не избавил.