— Это люди Леонида Мамонтова, одного из криминальных «авторитетов», — сообщила Катя, подойдя к нам. — Нас они ловят по просьбе Виктора.

— Так я и думал, — вздохнул Олег. — Ладно, уходим…

В гостинице мы больше останавливаться не захотели. Отыскали какой-то тенистый дворик, расположились на скамейках, я и Катя отправились искать квартиру. Я бы пошел и сам, но Катя сказала, что меня нельзя отпускать одного.

— Измельчал мужик нынче, — заявила она, явно намекая на мое далеко не героическое поведение во время боя.

Я промолчал, так как сказать действительно было нечего.

Квартиру нашли часа через три и к обеду уже вселялись в нее. Правда, здесь же вертелась хозяйка, явно обеспокоенная тем, что мы превратим ее квартиру в бордель. Да и наши с Олегом лица — у него под глазом красовался синяк, у меня была разбита губа, — только усиливали ее подозрения.

— Не бойтесь, мамаша! — успокаивал ее Олег. — Ничего из того, о чем вы подумали, здесь и в помине не будет. Вы же верующая? Вот и мы тоже верующие православные христиане — видите, за веру пострадали? — Он коснулся своего синяка. — Приехали реставрировать церковь Святой Варвары. Я даже книжечку могу вам дать почитать… — Олег полез в сумку и действительно вынул брошюру, которую ему час назад всучили на улице какие-то сектанты. — Вот почитайте!

Странно, но вид брошюры с улыбающимися лицами на обложке успокоил женщину, Олегу удалось выпроводить ее из квартиры.

— Ну и баба… — облегченно вздохнул он, закрыв за ней дверь. — Деньги получила, так все равно ей чего-то не хватает.

— Что ты там наплел? — поинтересовалась Катя. — Про церковь Святой Варвары? Здесь действительно есть такая?

— Без понятия. Просто на язык пришло — хотелось поскорее избавиться от этой ведьмы.

— Понятно, — кивнула Катя.

— Ладно, давайте обживаться, — предложил я, вынул из сумки полотенце и пошел умываться.

Утреннее происшествие заметно убавило мне энтузиазма. Сначала Виктор с пистолетом, потом авария. Теперь эти «братки»… На этот раз нам удалось, с горем пополам, выкрутиться, но в следующий раз фортуна может от нас отвернуться. И что тогда? Я чувствовал свою вину за происшедшее, сознавал лежащую на моих плечах ответственность. Но не имел ни опыта, ни силы, чтобы реально вести этих людей.

Больше мы в этот день так никуда и не пошли — отлеживались, залечивали синяки и ссадины. Смотрели телевизор — это помогало отвлечься. День, казавшийся таким длинным, быстро катился к концу, я с грустью думал о том, что завтра мне все равно придется принять какое-то решение.

Был вечер, когда мы все собрались в гостиной. Я, Лена, Настя и Катя сидели на диване, Ольга и Олег расположились в креслах. Олег то и дело поглядывал на Ольгу — было ясно, что девушка его привлекает. Впрочем, как раз это интересовало меня сейчас меньше всего.

— Лена, у Харама есть враги? — спросил я.

— Таких, чтобы открыто против него выступали, нет, — покачала она головой. — Его все боятся. Поэтому я не знаю никого, кто бы мог нам помочь — если ты об этом.

— Хорошо, а есть ли у Харама какие-нибудь тайны? Что-то такое, что он от всех скрывал бы?

Девушка задумалась. Мы терпеливо ждали.

— Даже не знаю… Раз в год, летом, он уезжает на несколько дней на Кавказ. Чтобы я не сбежала, на эти дни всегда оставляет со мной охрану.