Эффи приняла свое поражение как обычно, то есть пошла и сама купила комплект белья и, когда они вернулись на остров, с вызовом швырнула его на кровать Джун. Но та не сдалась и затолкала белье подальше в шкаф. К счастью, вечером Ньюэлл устраивал очередную вечеринку, на которую обе были приглашены, и это заставило Эффи на время забыть о белье.

В душе Джун была благодарна Гордону за приглашение, но очень боялась встречи с ним. А не принять приглашение — означало бы вконец разозлить Эффи и испортить их отношения. Поэтому Джун просто сбежала.

Было девять часов, и вечеринка, должно быть, находилась в самом разгаре, а Джун бродила по дальнему пляжу, разглядывая из темноты дом. Сияя огнями, он напоминал сейчас ларец с драгоценностями.

Джун подумала о его владельце, и ей вдруг стало грустно. Она пожалела о том, что не танцует среди других в гостиной с великолепным, неотразимым Гордоном Ньюэллом. Однако внутренний голос не переставая твердил ей, что приближаться к этому мужчине опасно.

Джун вдруг услышала в отдалении голоса, мужской и женский смех. Приглядевшись, различила в сумерках группку людей. Очевидно, закончив купание, они шли в ее направлении. Она похолодела. Выходило, что вечеринка, которой она так тщательно избегала, сама настигает ее.

Люди приближались, и Джун почувствовала себя беглецом, вырвавшимся на свободу, которого вот-вот опять поймают.

— Джун! — услышала она голос Эффи и от неожиданности подпрыгнула. — Как здорово! Оказывается, Гордон устроил вечеринку с купанием. И еще мы будем играть в волейбол!

Эффи энергично махала ей рукой. Джун с ужасом ждала, когда компания приблизится. Там среди них был Гордон, и ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. Ее раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, она считала его чудовищем, а с другой — была очень благодарна за то, что он позволил им остаться и высоко ценил Лиз.

Гордон, эскортируемый двумя великолепными женщинами, висевшими у него на плечах, неумолимо приближался. На влажных после купания плечах играли отблески света, лившегося из окон дома, и Джун с новой силой почувствовала, какую власть он имеет над ней. Любое прикосновение этого человека могло заставить ее закричать, моля о том, чтобы он полностью овладел ею.

— Джун! — снова закричала Эффи. — Посмотри, кого я нашла.

Джун с трудом оторвала взгляд от своего улыбающегося мучителя и заметила особу с рыжей гривой, словно из-под земли выросшую перед ней. Женщина казалась очень знакомой. И когда Джун удалось отмахнуться от мыслей о Гордоне Ньюэлле, она вспомнила, где ее видела.

— Скажите, это вы играли в «Заколдованном лесу» пару лет назад в городском театре Пасадены?

Женщина с радостным удивлением взглянула на Джун.

— Да, а вы видели?

— Это было великолепно! Меня зовут Джун Мортон.

— А я Энн Тайлер. И я действительно очень горжусь этой работой.

Тут в разговор вмешалась Эффи.

— Это ты, Джун, знаешь ее по «Заколдованному лесу», а остальному миру она известна по фильму «Небеса», который вышел прошлой весной.

Джун смущенно пожала плечами.

— Извините, мисс Тайлер, я не хожу в кино.

— Не извиняйтесь, не вы одна такая. И с Гордоном Ньюэллом я познакомилась именно благодаря «Заколдованному лесу». Спектакль ему тоже понравился, и Гордон пригласил меня работать для его каталога.

Джун поразило то, что Гордон Ньюэлл посещал городской театр Пасадены, но, возможно, ему просто кто-нибудь посоветовал взглянуть на актрису с эффектной внешностью, и он сделал это из чисто деловых соображений.

— Значит, вы появитесь в одном из каталогов Ньюэлла? — спросила Джун.