|
Слишком много аномалий, слишком много охочих до человечьей крови мутантов. И этот человек мог там ходить. Он мог «чувствовать» аномалии, просто вытянув руку и ориентируясь на покалывание в пальцах или жжение в ладонях. Научиться этому невозможно – либо повезло с рождения, либо нет. Упырю повезло. Настолько, что его нередко звали «отмеченным Зоной», её любимчиком. Скитальцем, который будет жить, покуда не надоест Ей. И до тех пор не возьмет его ни одна пуля, ни один нож или клык. До тех пор он был бессмертен.
– И за Зону, чтоб она сдохла! – провозгласил Упырь и стал в позу горниста, присосавшись к бутылке. Десятки пьяных сталкеров взорвались аплодисментами, а живая легенда все хлестала и хлестала водку, будто отрастив второе горло. С таким-то здоровьем от алкоголя вообще бы отказаться, но легендарный скиталец не мог. По-другому он просто не уснет. За четыре насыщенных болью и предательством года накопилось достаточно персонажей, что не прочь прийти к нему в темное время суток да завести разговор о былом.
Для поддержания атмосферы Панас включил старый магнитофон, и на все заведение загремели отборные композиции блатного шансона. Некоторые бродяги стали подпевать, обнявшись как лучшие друзья. В такие моменты скитальцы действительно казались нерушимым братством, где каждый стоял за товарища горой. Да только это была иллюзия. За месяцы, проведенные в Зоне, Олег это понял. Не существовало никакого сталкерского братства. Каждого бродягу заботил только он сам и его благополучие. Даже когда все пили «за нас» и «за Зону», каждый пил за себя. За очередной прожитый день, за очередное спасение из лап следовавшей по пятам смерти, за найденный артефакт, за прибавку денежных средств. Зона, будь она проклята, забирала у людей все, обещая мнимые блага и исполнение всех самых сокровенных желаний. И чем же все это заканчивалось?
Наполнив стакан до краев, Бес покосился на Упыря. Если вовремя не уйти, он станет таким же. Живым трупом, который вот-вот начнет разлагаться заживо. Живущим на артефактах и стимуляторах, копящим деньги непонятно на что. Совсем не таким представлял себя Олег Драгунов, когда отправился в Зону со своим старым армейским товарищем, Антоном Полежаевым.
Бес с самого детства мечтал служить в рядах спецназа. Стать тем самым, про кого говорили: «Один в поле воин». Армией из одного, способной расправиться с десятками плохих парней. И когда-то давно эта мечта была близка как никогда. Отслужив в вооруженных силах Украины положенные 18 месяцев «срочной», сиявший от радости Олег побежал заключать контракт. Но карта легла совсем не так, как хотелось молодому и наивному Драгунову. Медкомиссию он пройти так и не смог. На детской мечте, вдохновлявшей его всю жизнь, был безжалостно поставлен крест. Навсегда. Раздавленный неудачей такого масштаба, Олег начал пить. Пить каждый день, в одиночестве и до невменяемого состояния. Так продолжалось до тех пор, пока старый друг Антон однажды не заглянул на огонек и не рассказал о месте под названием «Чернобыльская Зона отчуждения». Полежаев собирался туда вместе с бравым товарищем Ковганом и предложил Драгунову место в их замечательной компании. Армейский товарищ много говорил о чудесах Зоны, рассказывал, как много денег там можно заработать. Но Олег согласился не из-за этого. Антон сказал, что якобы из ЧЗО люди возвращаются простреленными всеми калибрами профессионалами. Настоящими машинами для убийства, востребованными в любом вооруженном конфликте. Армиями из одного. Как когда-то мечтал Драгунов. Вот так он и попал в Зону. С тех пор утекло не так много воды, но Бес знал, что изменился до неузнаваемости. В зеркале его больше не встретит парень 25 лет с недельной щетиной, проводивший дни напролет с бутылкой в руке. Внешне Олег практически не изменился, но глаза… Это были глаза старика, повидавшего слишком много и уставшего от жизни.
Бродяги говорили, единожды ставший сталкером останется им навсегда. |