– Если б мы знали, – шептала со слезами на глазах Алисия, пока Джози, уступив настояниям родных, рассказывала о своей жизни в Америке, стараясь, впрочем, не вдаваться в неприятные подробности.

– Дорогая моя, мое милое дитя, я не могу даже выразить, как больно мне это слышать. Небо должно было избавить тебя от таких испытаний, – взволнованно сказал герцог, проводя по лбу дрожащей рукой.

Джози пожалела о своей чрезмерной откровенности, но она так устала от тайн!

– Мы постараемся наверстать упущенное, – продолжал старик, когда вновь обрел способность говорить. – Нам еще многое предстоит узнать друг о друге. Приезжай завтра – поужинаем вместе. Мы также будем рады повидать лорда Стоунклифа и познакомиться с вами обоими поближе.

При упоминании об Итэне Джози встрепенулась. Небо за окном уже потемнело – наступал вечер. Стрелки золотых часов, стоявших на камине, приближались к цифре шесть.

Джози вскочила с кушетки.

– Мне пора ехать. Простите, что так задержала вас.

– Дитя мое, тебя слишком долго не было в этом доме. И теперь, сколько бы времени ты ни провела здесь, нам с Алисией все будет мало.

Джози заметила, что глаза герцога вновь увлажнились, и у нее дрогнуло сердце.

– Ты приедешь к нам завтра?

– Да. О да!

Старик с облегчением кивнул, напряжение, сковавшее его, спало. Но Джози видела, что он устал. Внезапное потрясение лишило его сил. Даже морщины под глазами обозначились резче.

– Я велю подать карету и провожу Джозефину, – быстро сказала Алисия. Девушки обменялись тревожными взглядами. – Иди к себе наверх и отдохни, дедушка. Я скоро вернусь.

Перед тем как сесть в карету, Джози еще раз, словно не веря своим глазам, посмотрела на сестру. На свою сестру! Ей хотелось кричать от радости. Но вместо этого она порывисто обняла Алисию – эту милую девушку, которая с такой готовностью впустила ее в свое сердце.

– Ты ведь приедешь з-завтра? – с живостью спросила Алисия. – Может, погуляем в парке? Я уже говорила, что р-редко бываю в обществе. Я ведь заикаюсь. Не люблю, чтобы на меня обращали внимание, перешептывались. Если хочешь, покатаемся верхом.

– Очень хочу. – Джози с гордостью взглянула на брошь, приколотую к платью, и на кольцо, которое Алисия сама надела ей на палец. Обе драгоценности когда-то принадлежали их матери. – Я назвала эти вещи «сокровищами». Они имели для меня особую ценность. Потому что давали ключ к тайне. Понимаешь? Но теперь… теперь у меня есть настоящее сокровище – семья.

– И у меня тоже. – Алисия стиснула ее руки и улыбнулась сквозь слезы. – У нас появилась ты.

Девушки не заметили, как из-за угла показалась чья-то темная фигура. Карета герцога повезла Джози в Мэйфер, громыхая по мостовой. А незнакомец пересек улицу и влез в другой экипаж, который тут же сорвался с места и ринулся в погоню.

Едва переступив порог дома, Джози, пребывавшая в состоянии крайнего возбуждения, бросилась искать Итэна. Но Эдвард, лакей, сообщил, что его сиятельство, к сожалению, задерживают дела и он вернется поздно вечером, а графине оставлено письмо.

– Вы будете ужинать дома, миледи?

– Что? О да, Эдвард. Конечно, – ответила Джози, стараясь скрыть разочарование, и взяла листок бумаги, поданный ей на серебряном подносе.

Итэн, занятый вопросом о своем вступлении в парламент, предупреждал Джози, что завтра у них состоится встреча с Гризмором. Далее твердым красивым почерком было добавлено, что он очень любит ее и намерен доказать это, как только освободится от проклятых светских визитов.