Хмурый, словно туча, граф удостоил наконец жену взглядом.

– Мы выезжаем ровно в семь. Будь готова. Боже, помоги мне, – пробормотал он еле слышно и вышел из комнаты.

Выйдя из замка, Итэн свернул влево и быстро зашагал по тропинке, ведущей в парк. Необходимо проветриться и успокоить разгулявшиеся нервы. Он шел очень быстро, не замечая ничего вокруг. Принес же черт этого Оливера! При виде его ненависть вспыхнула у Сэвиджа с прежней силой – как и тогда, много лет назад. Господи, куда подевалось его знаменитое хладнокровие? Что сталось с Итэном Сэвиджем, наемным стрелком, прославившимся своей выдержкой?

Стоило ему встретиться с Уинтропом, и в его крови снова запылал огонь. И образ Молли опять встал перед глазами, а ведь он давным-давно поклялся вычеркнуть его из памяти. «Наверное, я никогда и не забывал о ней», – думал Итэн, шагая по зеленой траве. Перепрыгнув через ручеек, Итэн направился к куще деревьев.

Он, точно наяву, слышал серебристый голосок Молли, ощущал хорошо знакомый свежий запах розы и ванили.

«Входи же, Итэн. Я так по тебе соскучилась! Итэн, ну зачем? Эти цветы стоят уйму денег. Ты вовсе не обязан каждый раз что-то мне дарить!»

Милая, невинная Молли. Воспоминания разрывали его сердце. Как они любили друг друга! И как она ему доверяла! Но Боже мой, какая участь постигла ее за то, что она осмелилась полюбить графского сына!

Итэн сел на ствол упавшего дерева и закрыл лицо руками. После возвращения в Англию боль стала еще острее. Она, видно, никогда его не отпустит.

Прошло несколько минут. Оглядевшись по сторонам, Итэн заметил впереди, ярдах в ста, за пригорком, маленький домик, наполовину скрытый старыми деревьями. Коренастый мужчина, коловший дрова, показался ему смутно знакомым. Он медленно привстал и вгляделся попристальнее.

Не может быть. И все же…

Итэн бросился к домику со всех ног.

– А мне сказали, что ты рассчитался и не живешь больше в Стоунклиф-Парке! – воскликнул он, остановившись возле широкоплечего седого мужчины, который, увидев его, отложил топор.

– Да, это так, но живу я по-прежнему здесь.

– Совсем близко…

– Ты хочешь, чтобы я уехал, парень? – спросил старик, сдвинув редкие седые брови и устремив на Итэна проницательный взгляд.

– Нет, конечно, нет.

Итэн не мог оторвать глаз от человека, который когда-то заменил ему отца. Он учил его ездить верхом, стрелять, лечить у щенка пораненную лапу. А мальчик ходил за ним хвостом и по целым дням смотрел, как тот работает. Итэн сглотнул комок, застрявший в горле, и шагнул вперед с распростертыми руками.

– Хэм! – Произнеся это имя, Итэн почувствовал, что его сердце стучит словно молот о наковальню, а на душе становится тепло. Он глубоко вздохнул и обнял старого седого конюха. – Хэм, отец, я чертовски рад видеть тебя снова.

– Значит, ты так и не нашел того, что искал, парень? А я-то надеялся…

– Что же, по-твоему, я должен был найти? – спросил Итэн, ошеломленно уставившись на Хэма. На столе перед ним стояла крошечная чашечка с дымящимся чаем.

– Счастье. Покой. Любовь к хорошей женщине, которая ответит тебе тем же. – Хэм пригладил усы, задумчиво разглядывая своего собеседника. Как изменился этот мальчик! Превратился в настоящего мужчину. – У тебя всегда была беспокойная душа, сынок. Я думал, в Америке ты угомонишься.

– Я вернулся сюда. С меня довольно и этого. Хэм не сводил с Итэна своих проницательных карих глаз, отливавших желтовато-зеленым цветом под лучами солнца, освещавшими комнату.